<<
>>

§ 2. Ретроспективный анализ квалифицирующих признаков, характеризующих субъективную сторону составов преступлений против жизни и здоровья, в отечественном уголовном законодательстве

Становление и развитие квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне составов преступлений против жизни и здоровья, как инструмента дифференциации уголовной ответственности проходило на протяжении нескольких веков.

Их осознанное закрепление в отечественном уголовном законодательстве - явление достаточно позднее, хотя квалифицирующие признаки встречаются уже в первых письменных памятниках. Результат анализа уголовно-правовых источников позволяет выделить четыре этапа развития рассматриваемых квалифицирующих признаков в отечественном уголовном законодательстве, которые органически совпадают с основными этапами развития российского государства, поскольку история российского уголовного законодательства, в том числе квалифицирующих признаков, характеризующих субъективную сторону составов преступлений против жизни и здоровья, неразрывно связана с историей российской государственности. Она всегда четко отражает специфику политического, экономического и правового содержания основных институтов определенного периода. В литературе выделяют различные периодизации[27], однако наиболее подходящей видится деление на четыре этапа, в основе которой лежит государственное устройство и источники уголовного законодательства.

Первый этап (X-XVII вв.) характеризуется зарождением квалифицирующих признаков, отсутствием в нормативно-правовых актах квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне составов преступлений против жизни и здоровья.

Русская Правда является первым сводом законов Руси, в котором содержатся, в том числе, и нормы уголовного права. Техника законодательного закрепления статей только начинает формироваться, квалифицирующие признаки выявить невозможно, поскольку еще нет различий между ними, признаками основного состава, а также обстоятельствами, отягчающими наказание. Изучение Краткой редакции Русской Правды[28] показало, что признаки субъективной стороны состава преступления почти не упоминались.

Лишь в статье 1 закреплена норма, ограничивающая кровную месть, разрешая ее исключительно близким родственникам убитого. При этом назвать данный признак квалифицирующим едва ли возможно.

В Судебнике 1497 г. в ст. 9 упоминается «головной тать», означающий, по мнению разных исследователей, человека, который или совершил убийство с целью ограбления, или занимался похищением людей для продажи их в холопы[29]. Это единственное упоминание цели при совершении преступления против жизни или здоровья. Т. А. Лесниевски-Костарева относит указанный признак к объекту

преступления. Отчасти ее утверждение верное, однако, нельзя не отметить наличие корыстного аспекта.

Судебник Ивана Грозного 1550 г. является первым законодательным актом, официально провозглашенным единственным источником права. Он составлен на основе Судебника 1497 г. и судебно-правовой практики. Основные его принципы сохраняются, а новшества не затронули квалифицирующие признаки, относящиеся к субъективной стороне составов преступлений.

В Соборном Уложении 1649 г. прослеживается попытка группировки норм - объединение их в главы[30]. Пусть техника далеко не идеальная, но тем не менее появляется логика изложения и стремление к упорядочиванию. Хотя квалифицирующие признаки и присутствуют в документе, однако относящиеся к субъективной стороне состава преступления обнаружены не были.

Характеризуя первый этап, необходимо отметить, что закрепление квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне составов преступлений против жизни и здоровья, еще не происходит. В отличие от иных групп квалифицирующих признаков, расположение которых нелогично и беспорядочно. На данном этапе квалифицирующие признаки использовались скорее интуитивно, нежели теоретически обоснованно и осознанно в качестве средства дифференциации уголовной ответственности.

Второй этап восходит к началу XVIII в. и длится до революционных событий 1917 г. Отличительной особенностью данного периода является становление квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне состава преступления: их закрепление и усиленное правовое развитие.

Т. А. Лесниевски-Костарева отмечает, что новацией Артикула воинского 1715 г. стало появление квалифицирующих признаков, характеризующих субъективную сторону состава[31]. Исследование текста документа относительно выявления указанных квалифицирующих признаков в преступлениях против жизни и здоровья привело к выводу об активном использовании законодателем квалифицирующих признаков, однако, не было обнаружено ни одного признака, относящегося к субъективной стороне состава преступления. Артикул 146 содержит указание на мотив преступления: «Кто с сердцов и злости кого тростию или иным чем ударит и побьет, оный руки своея лишитца»[32], но квалифицирующим, по мнению автора, в данном случае является орудие преступления, а мотив образует признак основного состава.

Проведенное в царствование Николая I упорядочивание законодательства последовательнее всего затронуло уголовное право, по итогам которого в 1845 г. было создано Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, намного превосходившее по юридической технике предшествующие уголовные законы. Раздел 10 Уложения 1845 г. был посвящен преступлениям против жизни, здоровья, свободы и чести частных лиц. Наименование данного раздела, трансформировавшееся в дальнейшем в название главы, почти в неизменной формулировке просуществовало вплоть до принятия УК РФ. Наблюдается значительное улучшение структуры документа: деление на разделы, а затем на главы. Классическое выделение квалифицированных составов до сих пор не происходит, однако в некоторых статьях закреплена нумерация квалифицирующих признаков (ст. 1453)[33].

В Уложении 1845 г. законодателем активно используются квалифицирующие признаки, обозначаемые в качестве «особенных увеличивающих вину его обстоятельств» (ст. 1454)[34]. Знаменательным является закрепление признаков, относящиеся к субъективной стороне состава преступлений против жизни и здоровья, поскольку это происходит впервые. В частности, к таковым относятся: «Когда убийство учинено для получения наследства, или вообще для завладения какою либо собственностью его или другого лица» (ч.

4 ст. 1453)[35]; «с намерением нанести вред, причинить кому-либо расстройство в умственных способностях» (1487); «цель принудить угрожаемого к какому-либо противоправному деянию» (1548)[36]. Суть первого указанного признака заключается в наличии корыстного побуждения у лица совершившего преступления. Второй и третий предусматривают специальную цель преступления. Используемые формулировки обозначенных признаков отличаются громоздкостью.

Уголовное уложение 1903 г. стало последним кодифицированным уголовно-правовым актом Императорской России, призванным заменить чрезмерно объемное Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Действительно, Уложение 1903 г. является более удобным и логичным нормативно-правовым актом. Это первый уголовный закон, закрепивший основной состав убийства раньше квалифицированного. Уголовная ответственность за преступления против жизни и здоровья установлена в главах 22, 23 и 25 (деления на разделы Уложение не предусматривало). В результате анализа указанных глав было выявлено два квалифицирующих признака, характеризующих субъективную сторону состава преступления: «с корыстной целью» (п. 12 ст. 455) и «с целью облегчить учинение другого тяжкого преступления» (п. 13 ст. 455)[37]. Первый квалифицирующий признак

прослеживался и в ранее действующих законах, однако впервые он излагается в такой удачной конструкции. Законодатель раскрывает корысть не через субъект или объективную сторону состава преступления, а через цель. Ныне действующее уголовное законодательство также предусматривает обозначенные признаки, однако в иной формулировке: не как корыстная цель, а как корыстное побуждение; цель облегчить совершение другого преступления не привязана к определенной категории преступления.

Отмечаем, что именно на втором этапе происходит становление квалифицирующих признаков, характеризующих субъективную сторону состава преступления. Безусловно, на это повлияло усиление научной базы уголовного законодательства.

Так, Уголовное уложение 1903 г. отличалось от всех предшествующих источников более удачными законодательными конструкциями и терминологией: два признака, закрепленные в современном УК РФ почти в той же редакции, представлены в данном памятнике (с корыстной целью, с целью облегчить учинение другого тяжкого преступления). В результате чего к концу XIX в. конструкции квалифицирующих признаков приобрели достаточно современные очертания.

Третий этап берет свое начало от революции 1917 г. и оканчивается распадом СССР в 1991 г. и, как следствие, принятием нового Уголовного кодекса в 1996 г.

В УК РСФСР 1922 г. в главе V «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности» было закреплено 19 статей, посвященных преступлениям против жизни и здоровья. Из них 8 (42%) предусматривали квалифицирующие признаки[38]. В УК РСФСР в редакции 1926 г. количество статей, посвященных преступлениям против жизни и здоровья, сокращается до 14. Но процент статей, содержащих квалифицирующие признаки, остается на прежнем уровне - 42,8% (6 статей).

УК РСФСР 1922 и 1926 гг. закрепили 21 и 20 квалифицирующих признаков соответственно. Из них 23,8% в редакции 1922 г. и 25%- 1926 г. составляли признаки, относящиеся к субъективной стороне составов преступлений. В том и другом Кодексах они были одинаковые: «из корысти», «из ревности», «другие низменные побуждения», «с целью облегчить другое тяжкое преступление», «с целью скрыть другое тяжкое преступление».

Нельзя не согласиться с Т. А. Лесниевски-Костаревой, по мнению которой уголовное законодательство советского периода многое заимствовало из предшествующего. В частности, квалифицирующие признаки, содержащиеся в УК РСФСР 1922 и 1926 гг., имеют аналоги в Уголовном уложении 1903 г., правда, с небольшими видоизменениями. Так, признак «из корысти» был закреплен ранее как «с корыстной целью» - законодатель отказался от использования данного понятия и предпочел более широкий термин. Квалифицирующий признак «с целью облегчить другое тяжкое преступление» также был перенят из Уложения 1903 г.

с исключением слова «учинение». На основе данного признака был образован схожий признак, также учитывающий категорию преступлений, - «с целью скрыть другое тяжкое преступление».

К новым квалифицирующим признакам относятся признаки «из ревности», в современном законодательстве образующий основной состав убийства, и «другие низменные побуждения», выделение которого является неудачным решением, поскольку открытый перечень побуждений способствует многообразному толкованию и несоблюдению единства в правоприменительной деятельности.

Что касается расположения квалифицирующих признаков в нормах, то здесь прослеживается явное несовершенство законодательства. При рассмотрении УК РСФСР 1922 г. можно наблюдать наличие данных признаков как в санкции статьи без выделения ее в отдельную часть, так и вовсе в отдельной норме (ст. 142). При этом квалифицированные составы могли излагаться раньше основного (ст. 141 и ст. 142). Отсутствуют нумерация частей и выделение пунктов. Квалифицированный состав, как правило, отделяется исключительно абзацем и начинается со слов: «Если означенные в сей статье действия совершаются». Стоит отметить, что указанная формулировка является не единственной. Все это свидетельствует об отсутствии структурированного изложения квалифицирующих признаков. В УК РСФСР 1926 г. перечисленные ранее недочеты были проявлены менее ярко, но тем не менее также имелись.

В УК РСФСР 1960 г. наблюдается увеличение статей, закрепляющих ответственность за преступления против жизни и здоровья, и составляет 19[39]. В связи с чем процент норм, предусматривающих квалифицирующие признаки, сократился до 31,6% (6 статей). Что касается квалифицирующих признаков, то наметилось увеличение их числа до двадцати шести. Из них 6 (23%) характеризуют субъективную сторону состава преступлений (так же, как и ранее). Если в УК РСФСР 1922 и 1926 гг. рассматриваемые признаки различий не имели вообще, то в УК РСФСР 1960 г. их коснулись значительные преобразования. Оправдано исключены такие квалифицирующие признаки, как «из ревности», «другие низменные побуждения». Изменилась формулировка признака «из корысти» и закрепилась в своем современном звучании - «из корыстных побуждений». Аналогичные преобразования произошли с признаками «с целью скрыть другое преступление» и «с целью облегчить совершение другого преступления» - за счет исключения указания тяжкого преступления. Законодатель в Кодексе 1960 г. закрепил новые признаки: «из хулиганских побуждений», «на почве кровной мести», а позже «совершенное на почве национальной или расовой вражды или розни».

Расположение квалифицирующих признаков в уголовно-правовых нормах в сравнении с предыдущими уголовными кодексами стало удобнее: появилось выделение признаков в отдельные пункты, квалифицированные составы начинаются, как правило, со слов «те же деяния (то же действие)». Но все же встречается статья, описывающая квалифицированный состав раньше основного и в отдельной норме (ст. 102, 103).

На третьем этапе многое было заимствовано из предшествующего периода, хотя и претерпело определенные изменения. Необходимо выделить следующие особенности развития квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне составов преступления против жизни и здоровья:

увеличение видов квалифицирующих признаков, изначальное ухудшение с последующим улучшением конструкций рассматриваемых признаков.

Четвертый этап является итогом распада СССР и началом становления современного уголовного законодательства. Данный этап знаменуется принятием в 1996 г. нового Уголовного кодекса. В первичной редакции УК РФ в главе 16 «Преступления против жизни и здоровья» увеличивается количество статей, предусматривающих квалифицирующие признаки, до 11 (52,3%) из 21. Та же тенденция наблюдается в отношении квалифицирующих признаков: их насчитывалось 39. Из них, характеризующих субъективную сторону состава преступлений, - 8 (20,5%). «Из корыстных побуждений», «из хулиганских побуждений», «с целью скрыть другое преступление», «с целью облегчить совершение другого преступления» - сохранились без изменений. Были сформулированы новые признаки: «в целях использования органов или тканей потерпевшего», «по найму». Термин «на почве» был заменен на побуждения, в результате чего квалифицирующий признак «на почве кровной мести» был закреплен в новой редакции: «по мотиву кровной мести». Квалифицирующий признак «совершенное на почве национальной или расовой вражды или розни» (п. «м» ст. 102 УК РСФСР) в результате расширения содержания в первичной редакции УК РФ звучит как «по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды» (п. «е» ч. 2 ст. 112 УК РФ).

Способ закрепления квалифицирующих признаков в статьях является наиболее совершенной из всех рассмотренных ранее. Квалифицированные составы представлены в той же статье, что и основной, но после него. Присутствует нумерация квалифицированных и особо квалифицированных составов. Наиболее удачными являются конструкции следующего вида: «те же деяния, совершенные». Присутствует прием описания квалифицированного состава путем воспроизведения наименования основного состава и затем указание на сам квалифицирующий признак, например, ч. 2 ст. 105 УК РФ «убийство». Этот прием экономичен и целесообразен в том случае, если название преступления состоит из одного слова. Описывая особо квалифицированный состав, законодатель также применяет следующую формулу: «Деяния, предусмотренные частями первой или второй (частью второй) настоящей статьи...» (ч. 3 ст. 111 УК РФ). Хотя представляется, что в большинстве случаев достаточна ссылка на основной состав преступления, так как все его признаки включены в квалифицированный состав.

Таким образом, результат анализа источников уголовного законодательства позволяет выделить четыре основных этапа зарождения, становления и развития квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне составов преступлений против жизни и здоровья: древнерусский, имперский, советский и постсоветский. Среди признаков, закрепленных в памятниках древнерусского периода, исследуемых признаков обнаружено не было, их появление происходит значительно позже. Становление и наиболее интенсивное развитие квалифицирующих признаков наблюдалось в XIX в., существенно на это повлияла образовавшаяся научная база уголовного права. В советском этапе, перенявшем опыт уголовного законодательства предшествующих периодов, изначально наметилось ухудшение конструкций квалифицирующих признаков с последующим улучшением. Указанная тенденция продолжилась и в постсоветском периоде. Квалифицирующие признаки претерпевали изменения на всех этапах развития, а те, которые сохранялись в законе длительное время, существенно видоизменялись и уточнялись по мере формирования законодательства.

Проведенный анализ позволил оценить предшествующий опыт, который наметил определённую специфику развития квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне составов преступлений против жизни и здоровья. В дальнейшем необходимо установить их значение в современном уголовном законодательстве и их влияние на уголовное право в целом.

<< | >>
Источник: Гостькова Динара Жолаушобаевна. КВАЛИФИЦИРУЮЩИЕ ПРИЗНАКИ, ОТНОСЯЩИЕСЯ К СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЕ СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ (ПО МАТЕРИАЛАМ УРАЛЬСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Челябинск - 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2. Ретроспективный анализ квалифицирующих признаков, характеризующих субъективную сторону составов преступлений против жизни и здоровья, в отечественном уголовном законодательстве:

  1. Оглавление
  2. § 1. Зарубежный опыт законодательного закрепления квалифицирующих признаков, относящихся к субъективной стороне составов преступлений против жизни и здоровья, на примере отдельных иностранных государств (КНР, Узбекистана, Таджикистана, Киргизии, Казахстана)
  3. § 2. Ретроспективный анализ квалифицирующих признаков, характеризующих субъективную сторону составов преступлений против жизни и здоровья, в отечественном уголовном законодательстве
  4. § 4. Вопросы соотношения понятий «квалифицирующие признаки, относящиеся к субъективной стороне составов преступлений против жизни и здоровья», и «отягчающие обстоятельства» в отечественном законодательстве и доктрине
  5. Заключение
  6. Список литературы
- Авторское право России - Аграрное право РФ - Адвокатура РФ - Административное право РФ - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс РФ - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Избирательное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство России - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Корпоративное право РФ - Муниципальное право РФ - Право социального обеспечения России - Правоведение РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Семейное право России - Таможенное право России - Теория государства и права РФ - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Экологическое право России -