ФОНЕТИЧЕСКИЙ звуко-буквенный разбор слов онлайн
 <<

Способы передачи чужой речи

Понятие о чужой речи и способах ее передачи. Прямая речь. Косвенная речь. Перевод прямой речи в косвенную. Несобственно-прямая речь как контаминация форм прямой и косвенной речи.

Структурно-формальные особенности и структурно-семантические разновидности несобственно-прямой речи. Цитация и ее формы. Диалог. Пунктуационное оформление различных способов передачи чужой речи.

Чужая речь – это новый речевой слой в речи любого носителя языка, в повествовании автора, введенного им рассказчика или героя произведения, например: «Милая, добрая Марья Ивановна, – сказал я ей, – будь моею женою, согласись на мое счастье». Она без всякого жеманства призналась мне в сердечной склонности и сказала, что ее родители, конечно, рады будут ее счастию (А. Пушкин).

Особая сложность изучения и лингвистического описания чужой речи заключается в том, что она органически связана с речевым актом, со всем процессом общения. В результате этого нет возможности характеризовать чужую речь лишь с грамматической, языковой точки зрения, т. е. как набор способов ее передачи, а необходимо учитывать и особенности функционирования этих способов в речи. Следует подчеркнуть, что именно такой подход к языку вполне соответствует пониманию его как системы: ведь «система – это множество элементов с отношениями и связями между ними, образующими определенную целостность»[34], а в число признаков системы входит и ее поведение, функционирование. В соответствии с этим каждый из способов передачи чужой речи рассматривается как языковая конструкция, устанавливаются взаимосвязи между ними, а затем характеризуются особенности их использования в реальном общении и в условиях разных форм повествования. Этот же подход касается всех понятий, связанных с чужой речью, и прежде всего понятий «автор» и «говорящий». Автором в таком случае называют лицо, которое передает чужую речь, а говорящим – лицо, чья речь передается.

Таким образом; в художественной литературе «автором», передающим чужую речь, может выступать и автор произведения, и рассказчик, от имени которого ведется повествование, и какой-либо герой произведения: Мы разговаривали вполголоса. Мария Ивановна с нежностью выговаривала мне за беспокойство, причиненное всем моею ссорою с Швабриным. «Я так и обмерла, – сказала она, – когда сказали нам, что вы намерены биться на шпагах» (А. Пушкин). Автором, передающим слова Марии Ивановны (говорящего) в форме прямой речи, является Гринев, от имени которого Пушкин ведет повествование, т. е. рассказчик; а автором, передающим слова неизвестных лиц (говорящих), является Мария Ивановна, т. е. один из персонажей повести «Капитанская дочка».

В связи с тем что те оценки, мнения, которые автор вложил в свое произведение, могут лишь косвенно отражать подлинные оценки и мнения самого писателя, в коммуникативной ситуации повествования (нарратива) принято говорить об образе автора или о повествователе. Повествователь может быть одним из персонажей текста, т. е. может входить в мир текста, и тогда его называют рассказчиком, а может в мир текста и не входить (таков, например, повествователь Я повести А. Пушкина «Выстрел»).

Говорящий в реальной коммуникации обязательно сам принадлежит к тому миру, о котором говорит. Автор же художественного текста создает мир вымышленный, который лишь выдает за фрагмент мира реального. Сам он к миру текста своего произведения не принадлежит. Эти и многие другие особенности литературных произведений приводят к использованию многочисленных художественных приемов, связанных с передачей чужой речи. Однако в основу характеристики способов передачи чужой речи как языковых конструкций целесообразно положить именно критерий соотнесения в тексте «двух величин – передаваемой («чужой») и передающей («авторской») речи»[35]. Такая возможность обусловлена тем, что для каждой из таких языковых конструкций существуют типичные повествовательные формы, в которых они функционируют.

В форме прямой речи чужая речь передается с точки зрения говорящего с сохранением особенностей передаваемой речи: «Фу, какой. . . » – подумал Сережа (В. Панова). Для прямой речи типично использование ее в повествовании от первого лица (традиционный нарратив, перволичная повествовательная форма).

В форме косвенной речи чужая речь передается с точки зрения автора, что не позволяет сохранить все без исключения особенности передаваемой речи. Ср. : Коростелев сказал, что сейчас пройдет и Коростелев сказал: «Что ты, брат. Сейчас пройдет» (В. Панова). Для косвенной речи типично использование ее в повествовании от третьего лица (традиционный нарратив, повествовательная форма 3-го лица).

В форме несобственно-прямой речи чужая речь передается и с точки зрения героя, и с точки зрения автора, что дает возможность сохранить особенности передаваемой речи: С удивлением оглянулась и подумала: неужто дня нет, как она отъехали от своих мест?. . (В. Панова). Для несобственно-прямой речи характерно ее использование в повествовательной форме, которая в последние годы получила название «свободный косвенный дискурс»[36] (нетрадиционный нарратив).

По традиции прямая речь определяется как способ передачи чужой речи, при котором она вводится в текст словами автора и воспроизводит высказывание (или мысль) от того лица, которому она принадлежит, с сохранением лексико-фразеологических, грамматических и интонационных особенностей его собственной речи.

Благодаря этому формами прямой речи свободно передается индивидуальный стиль каждого говорящего и она производит впечатление восстановленной буквально. Однако фактически нельзя считать, что прямая речь обязательно передает высказывание буквально. Это легко можно доказать, сопоставив передачу каких-либо реальных слов в разных источниках: В. И. Кодухов сопоставляет передачу слов М. И. Кутузова, сказанных им на совете в Филях, в романе Л. Н. Толстого «Война и мир», в книге военного историка А. И. Михайловского-Данилевского и в былине М.

С. Крюковой[37]. Во всех трех источниках слова Кутузова передаются в форме прямой речи, но абсолютно различно, что обусловлено спецификой жанра каждого из этих произведений.

Для прямой речи характерно независимое употребление форм лица, т. е. с точки зрения самого говорящего: 1-е лицо обозначает говорящего, 2-е лицо – собеседника или слушателя, 3-е лицо обозначает лиц, не принимающих участия в разговоре, или предметы. В словах же автора формы лица употребляются с точки зрения автора: Иван Кузьмин, выговаривая мне за поединок, сказал мне: «Эх, Петр Андреич! Надлежало бы мне посадить тебя под арест, да ты уж и без того наказан» (А. Пушкин). Таким образом, местоимение мне имеет разное значение: в словах автора оно обозначает Гринева, а в прямой речи – Ивана Кузьмича.

Прямая речь строится по принципу паратаксиса – свободного соположения конструктивных частей без грамматически выраженной их связи: Он сказал: «Как здесь хорошо!»; «Не могли бы вы нам помочь?» – спросил я его; «Хорошо бы, – предложил отец, – немного прогуляться». Слова автора в конструкции с прямой речью могут занимать любое место: могут располагаться до прямой речи, после прямой речи, а могут ее и разрывать. Слова автора могут также сами разрываться прямой речью: Красноармеец, спокойно сказав: «Ты посиди пока тут», – вылез вслед за следователем (К. Симонов).

Введение прямой речи комментирующей репликой говорящего (словами автора) типично, но не обязательно: Он [Сережа] измучился, он затихал, прижавшись воспаленной мокрой щекой к лицу Коростелева. – Вот и зима! Опять будешь много гулять, кататься на санках – время и пролетит незаметно. . . (В. Панова).

Очень разнообразны слова с семантикой говорения в составе слов автора, которыми вводится прямая речь. Особенно это касается глаголов. Основные разряды этих глаголов: 1) глаголы речи (сказать, заметить, сообщить, заорать, затараторить и др. ); 2) глаголы со значением внутреннего состояния и чувств (спохватиться, недоумевать, обидеться, усомниться и др.

); 3) глаголы мимики, жеста, телодвижений и других способов выражения внутреннего состояния говорящего (простонать, всхлипнуть, подмигнуть, поморщиться и др. ); 4) глаголы мысли (подумать, сообразить, решить и др. ); 5) глаголы восприятия (услышать, уловить и др. ). Но кроме глаголов перечисленных групп здесь возможны глаголы различных конкретных действий: В дверь постучали: – Скорее вставай!

Слова автора чаще всего представляют собой двусоставное предложение с подлежащим, указывающим лицо, которому принадлежит прямая речь, и сказуемым, выраженным глаголом со значением речи или мысли. Но слова автора могут быть выражены и неполными предложениями: А он: «Я это знаю».

Прямая речь может состоять как из одного предложения, так и из нескольких предложений, которые могут быть различны по структуре, цели высказывания и т. д. : –Договорились! – сказал Сережа. – Я хочу велисапед. А воскресенье скоро? (В. Панова).

Интонация предложений прямой речи самостоятельна, независима, так как говорящий употребляет не только повествовательные предложения, а авторские предложения обычно являются повествовательными.

Ссылкой на чужое высказывание могут служить слова мол, дескать, де, например: Вы, оказывается, знакомы. А ты все говорил: «Я, мол, его не знаю».

Прямая речь может входить в качестве составной части в прямую речь того, кто передает свои или чужие слова. Такую прямую речь называют включенной:

. . . Долли, имевшая от отца дар смешно рассказывать, заставляла падать от смеха Вареньку, когда она в третий и четвертый раз, все с новыми юмористическими прибавлениями, рассказывала, как она только что собралась надеть новые бантики для гостя и выходила уже в гостиную, вдруг услыхала грохот колымаги. И кто же в колымаге? – сам Васенька, с шотландскою шапочкой, и с романсами, и с крагами, сидит на сене.

– Хоть бы карету велел запрячь! Нет, и потом слышу: «Постойте!» Ну, думаю, сжалились. Смотрю, посадили к нему толстого немца и повезли. . . И бантики мои пропали!. . (Л.

Толстой).

Обычно в художественной литературе встречаются различные вариации двухстепенных или трехстепенных конструкций[38].

I . . . А я-то, дурак, шел из Москвы и думал,

II призовет меня барыня и скажет:

III – Сыграй мне, Иван, на гармонии штучку! (М. Салтыков-Щедрин).

Разновидностью прямой речи является так называемая необозначенная прямая речь, т. е. речь, которая не выделяется графически.

Во тьме твои глаза блистают предо мною,

Мне улыбаются – и звуки слышу я:

– Мой друг, мой нежный друг. . . люблю. . . твоя. . . твоя! (А. Пушкин).

Косвенная речь обычно определяется как способ передачи чужой речи, при котором высказывание передается от лица автора (или рассказчика) формой придаточного предложения, причем в большинстве случаев со значительными изменениями.

Но в косвенной речи чужое высказывание может быть передано и дословно: Он сказал: «Я там не был»; Он сказал, что там не был. Иначе говоря, для прямой и косвенной речи признак буквальность/небуквальность передачи чужой речи не является дифференциальным.

В сложноподчиненном предложении с косвенной речью главное предложение – слова автора, а придаточное изъяснительное – чужая речь: Дядя посмотрел на часы и сказал, что хорошо бы выкупаться (В. Панова). Главное и придаточное обычно расположены друг за другом, но главное предложение (слова автора) может и разрываться придаточным: Верочка сказала, что не хочет чаю, и ушла в свою комнату (Н. Чернышевский). Опустить слова автора в предложении с косвенной речью нельзя. Глаголов, вводящих косвенную речь, гораздо меньше, чем глаголов, вводящих прямую речь. Так, например, глаголы некоторых семантических групп вообще не вводят косвенную речь (улыбнуться, кивнуть и др. ) или вводят ее гораздо реже, чем прямую речь (продолжить, вставить, молвить и др. ).

Для предложений с косвенной речью характерна единая (обычно повествовательная) интонация.

С помощью косвенной речи чужие высказывания автор передает от своего имени, а поэтому он заменяет все личные формы соответствующим образом, т. е. в косвенной речи личные формы зависимы. Ср. : Сереже страшно не хотелось слезать, он вцепился в велосипед руками и сказал, что он хочет еще покататься, что это его «велисапед» и Сереже страшно не хотелось слезать; он вцепился в велосипед руками и ногами и сказал:

– Я хочу еще! Это мой велисапед (В. Панова).

Местоимение он и в словах автора, и в косвенной речи обозначает одно и то же лицо – Сережу.

В литературе о косвенной речи часто указывается, что ее придаточное соединяется с главным предложением изъяснительными союзами что, чтобы, будто, будто бы, причем союзом что вводятся повествовательные предложения, в которых передаются достоверные сведения, союзом чтобы – побудительные, а союзами будто, будто бы – повествовательные предложения, передающие недостоверные, сомнительные сведения: Слуга вошел и объявил, что лошади готовы (А. Пушкин); Губернатор приказал, чтобы пришли к нему завтра ровно в девять часов утра, непременно (А. Чехов); Рассказывали про него, будто он разговорами вогнал в гроб свою жену (А. Чехов). Но могут быть и другие случаи. Так, например, союз чтобы может вводить не только побудительные предложения: С тех пор не прошло ни одного дня, чтобы я не думал о мщении (А. Пушкин).

Вопросительные предложения соединяются с главным частицей-союзом ли; это так называемые косвенные вопросы: Прости, моя прелесть, довольна ли ты моею сегодняшней болтовнёю? (А. Пушкин). Но косвенные вопросы могут вводиться и союзными словами кто, что, какой, который, где, как, когда и др. : Затем она стала расспрашивать меня, где я теперь работаю, сколько получаю, где живу (А. Чехов). Однако союзными словами часто вводятся предложения косвенной речи и не содержащие вопроса, например: Не глядя на нас, она очень серьезно и обстоятельно рассказала нам, сколько сгорело домов в селе Сиянове, сколько мужчин, женщин и детей остались без крова и что намерен предпринять на первых порах погорельческий комитет, членом которого она теперь была (А. Чехов).

В составе придаточного предложения косвенной речи в качестве дополнительной ссылки на чужую речь, как и в прямой речи, могут использоваться мол, дескать, де: Пахнет весной и недорогою сигарой, пахнет счастьем – и все, кажется, так и хочет сказать, что вот-де пожил человек, потрудился и достиг, наконец, счастья, возможного на земле (А. Чехов).

Косвенная речь обычно представляет собой сложное предложение, но в современной литературе иногда она передается с помощью синтаксического целого: Лена начала убеждать себя, что можно прожить и без любви. Что у нее интересная работа, товарищи, Шурочка. Что для драм сейчас не время (В. Панова). Исследователи чужой речи говорят и о передаче косвенной речи в структуре простого предложения, например: Мне приходило на мысль пригласить к себе соседей-помещиков и предложить им организовать у меня в доме что-нибудь вроде комитета. . . (А. Чехов); Лаптев дал ей сто рублей и пообещал поговорить с Панауровым (А. Чехов)[39]. Но степень свернутости передаваемой речи в простом предложении очень различна, так что часто это лишь тема высказывания: Обе долго рассуждали о завтрашнем посещении (А. Пушкин).

Косвенная речь используется не только как самостоятельная конструкция в составе повествования, но она может представлять собой и речь в речи, т. е. может быть косвенной речью второй ступени[40]: Карповна говорила, что приносил это всякий раз солдат, а от кого – неизвестно; и солдат расспрашивал, здоров ли я, каждый ли день я обедаю и есть ли у меня теплое платье (А. Чехов).

Косвенная речь используется для передачи устной речи и письменной: В декабре на праздниках он собрался в дорогу и сказал жене, что уезжает в Петербург хлопотать за одного человека – и уехал в С. (А. Чехов); Ждали, что приедет муж. Но пришло от него письмо, в котором он извещал, что у него разболелись глаза, и умолял жену поскорее вернуться домой (А. Чехов).

Передаваемая речь может быть и коллективной: Говорили, что на набережной появилось новое лицо: дама с собачкой (А. Чехов).

Формами косвенной речи могут передаваться мысли, внутренние монологи: Гуров думал о том, как в сущности, если вдуматься, все прекрасно на этом свете, все, кроме того, что мы сами мыслим и делаем, когда забываем о высших целях бытия, о своем человеческом достоинстве (А. Чехов). Мысли эти могут быть и мнимыми: Отец и мальчик посматривали на нее как-то особенно, как будто только что до ее прихода осуждали ее за то, что она вышла из-за денег за нелюбимого, нудного, скучного человека. . . (А. Чехов).

При замене прямой речи косвенной (см. табл. 1) союзы и союзные слова употребляются в зависимости от того, какими по цели высказывания являются предложения прямой речи: союз что употребляется при замене повествовательного предложения, союз чтобы – при замене побудительного предложения, союз-частица ли – при замене вопросительного предложения. Если в вопросительном предложении прямой речи было вопросительное слово, то для связи придаточного предложения косвенной речи со словами автора используется это слово. Опускаются при передаче прямой речи с помощью косвенной эмоционально-экспрессивные слова и выражения, неуместные при передаче основного содержания высказывания или такие, которые нельзя передать посредством косвенной речи, а также те компоненты прямой речи, использование которых связано с непосредственным контактом участников коммуникативного акта (например, обращение). Закономерности замены местоимений связаны с тем, является лицо, о котором сообщается в форме косвенной речи, участником диалога или нет.

Начиная с 30-х годов XX в. , большое внимание лингвистов привлекает художественный прием многоплановости (многоголосия, полифонии) повествования, позволяющий одновременно звучать голосам и автора произведения, и его героев, отражать разные точки зрения на то, о чем идет речь. Но для

Таблица 1

Соотношение лиц в прямой и косвенной речи

Лицо, о котором сообщается в косвенной речи Лицо в прямой речи Примеры
Сам автор 1-е Я сказал, что мне эта книга не нравится.

Я сказал: «Мне эта книга не нравится».

Ты говорила, что эту книгу не читала.

Ты говорила: «Я эту книгу не читала».

Ваня сказал, что он сам будет читать.

Ваня сказал: «Я сам буду читать».

Собеседник автора 2-е Ваня сказал мне, что эта книга для меня не интересна.

Ваня сказал мне: «Эта книга для тебя не интересна».

Ваня же тебе говорил, что ты должен это прочитать.

Ваня же тебе говорил: «Ты должен это прочитать».

Ваня спросил меня, буду ли я читать.

Ваня спросил: «Ты будешь читать?»

Лицо, не участвующее в беседе 3-е А ты говорил обо мне, что я эту задачу не решу.

А ты говорил обо мне: «Он эту задачу не решит».

Ваня о тебе сказал, что ты этого не читал.

Ваня о тебе сказал: «Он этого не читал».

Ваня сказал о Пете, что он этого не читал.

Ваня сказал о Пете: «Он этого не читал».

обозначения этого приема единого термина не было. Использовались термины «свободная косвенная речь», «пережитая речь», «несобственно-прямая (несобственная прямая) речь», «несобственно-косвенная речь», «непрямая речь автора», «свободный косвенный дискурс» и др. Это объясняется большой сложностью явления. С одной стороны, для создания многоплановости повествования используются разнообразные формы выражения, а с другой – прием этот многообразно реализуется в конкретных текстах. Но постепенно в науке достаточно прочно закрепились два термина – «несобственно-прямая речь» (для обозначения той разновидности приема, для которой в языке закрепился определенный синтаксический шаблон) и «свободный косвенный дискурс» (для обозначения типа повествования, в котором этот прием функционирует, т. е. для его речевой реализации).

Несобственно-прямая речь – такой способ передачи чужой речи, в котором совмещаются грамматические признаки прямой и косвенной речи: высказывание построено от лица автора, как косвенная речь; связь между чужой речью и словами автора бессоюзная, как в прямой речи, причем могут сохраняться все особенности речи говорящего (героя).

Она думала: что с нею сейчас будет? Дадут ли ей сперва поесть или сразу начнут обучать, как лечить раненых?; Фаина повела его в штабной вагон – отдыхать. Кстати, сказала она Юлии Дмитриевне, она тоже немножко приведет себя в порядок и переоденется, ее уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое. . . ; Кто она? Такая же простая, как он. Валенки на ней в заплатах, платок такой же, как у ее матери. Научилась и вон какая стала, думал он; Он рассказал. Ему поручили собрать на тетрадки. Он собрал и хотел отдать Ольге Иванне, а Ольги Иванны не было, и ему велели отдать завтра; У нее было серое лицо и потухшие глаза. И губы серые. И вот губы улыбнулись. У нее будет та же судьба, что и у него (В. Панова).

Несобственно-прямая речь может использоваться в реальном речевом общении, но основная сфера ее функционирования – художественная литература. Специфика и особое достоинство несобственно-прямой речи заключается в том, что она дает возможность совмещать субъектные планы автора и говорящего (в художественном произведении – автора и героя), причем линии речи автора и героя формально выражены в ней примерно равноценно. Отражение речи автора сближает эту разновидность с косвенной речью: это выражается употреблением личных форм глагола, личных и притяжательных местоимений, а отражение речи героя – с прямой речью (кроме не свойственной косвенной речи передачи особенностей речи самого героя, с грамматической точки зрения это выражается однотипностью синтаксической структуры – бессоюзной связью между словами автора и героя, возможностью для слов автора располагаться по отношению к передаваемой речи в препозиции, постпозиции или интерпозиции, а также опускаться). Происходит контаминация форм прямой и косвенной речи.

Дифференциальные признаки разных способов передачи чужой речи представлены в таблице 2.

Таблица 2

Дифференциальные признаки способов передачи чужой речи

Прямая речь Косвенная речь Несобственно-прямая речь
I. Характер соотношения передаваемой (чужой) и передающей (авторской) речи
1. Чужая речь передается с точки зрения говорящего (героя).

2. Типична буквальная передача содержания чужой речи.

1. Чужая речь передается с точки зрения автора.

2. Типична передача основного содержания чужой речи.

1. Точки зрения героя и автора совмещаются.

2. Типична буквальная передача содержания чужой речи.

II. Основные лингвистические признаки разных способов передачи чужой речи
1. Позволяет сохранить все лексико-фразеологические и синтаксические особенности передаваемой речи.

2. Наличие слов автора типично, но их может и не быть.

3. Интонация предложений прямой речи независимая.

4. Грамматические признаки:

а) связь прямой речи и слов автора бессоюзная;

б) употребление форм лица независимое (с точки зрения говорящего).

5. Прямая речь выделяется кавычками (или тире с абзаца).

1. Всех особенностей передаваемой речи сохранить не позволяет.

2. Наличие вводящих слов автора обязательно.

3. Интонация предложений косвенной речи зависимая.

4. Грамматические признаки:

а) связь с помощью союзов или союзных слов (косвенная речь передается придаточным предложением);

б) формы лица употребляются с точки зрения автора (зависимое употребление).

5. Косвенная речь кавычками не выделяется.

1. Позволяет сохранить все особенности передаваемой речи.

2. Наличие вводящих слов автора типично, но не обязательно.

3. Интонация предложений несобственно-прямой речи независимая.

4. Грамматические признаки:

а) связь частей конструкции (несобственно-прямой речи и слов автора) бессоюзная.

б) формы лица употребляются с точки зрения автора (зависимое употребление).

5. Кавычками или тире не выделяется (в остальном пунктуационное оформление, как у прямой речи).

Предлагаемый набор признаков не является исчерпывающим. Для способов передачи чужой речи релевантны возможность/невозможность использования повелительного наклонения и обращений: в прямой речи обращения и глаголы в повелительном наклонении употребляются, в косвенной речи – не употребляются; в несобственно-прямой речи обращения не употребляются, как в косвенной речи, а повелительное наклонение употребляется лишь в форме косвенного повеления (пусть он сделает); для конструкций с чужой речью характерны своеобразные соотношения видо-временных форм. Можно детализировать характеристику конструкций каждого из способов передачи чужой речи, рассмотреть вопрос о месте расположения слов автора в этих конструкциях, что связано с их пунктуационным оформлением. Интерес представляет также характер слов, требующих изъяснения (в составе вводящих слов автора), синтаксическая структура каждой из частей конструкции.

У тех разновидностей способов передачи чужой речи, которые расположены на шкале переходности между прямой речью и косвенной, наборы признаков будут несколько видоизменяться.

Системный подход к объектам исследования приводит к необходимости использовать понятие «парадигма» не только в морфологии, но и в синтаксисе. Парадигма рассматривается как «ряд противопоставленных языковых единиц, каждый член которого определяется отношениями к другим членам ряда»[41]. Обращение к понятию «парадигма» в синтаксисе обусловлено стремлением представить синтаксические конструкции не изолированно, а рядами, которые образуются в связи с меной синтаксических значений, коммуникативных заданий и т. д. [42].

Итак, прямая речь, косвенная речь и несобственно-прямая речь образуют синтаксическую парадигму: «Кстати, – сказала она Юлии Дмитриевне, – я тоже немножко приду в себя и переоденусь, меня уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое». – Кстати, сказала она Юлии Дмитриевне, она тоже немножко придет в себя и переоденется, ее уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое. – Она сказала Юлии Дмитриевне, что она тоже немножко придет в себя и переоденется, что ее уже тошнит от крови, а белье от пота все мокрое.

Несобственно-прямая речь наряду с некоторыми другими приемами передачи чужой речи используется в таком типе повествования (в свободном косвенном дискурсе), который основан «на сложном согласовании голосов разных персонажей друг с другом и с голосом повествователя »[43]:

Лиза была в восхищении от успеха своей выдумки. Она обняла отца, обещалась ему подумать о его совете и побежала умилостивлять раздраженную мисс Жаксон, которая насилу согласилась отпереть ей свою дверь и выслушать ее оправдания. Лизе было совестно показаться перед незнакомцами такой чернавкою; она не смела просить. . . она была уверена, что добрая, милая мисс Жаксон простит ей. . . и проч. и проч. (А. Пушкин); Она вспоминала, как мучительно было венчание, когда казалось ей, что и священник, и гости, и все в церкви глядели на нее печально: зачем, зачем она, такая милая, хорошая, выходит за этого пожилого, неинтересного господина? (А. Чехов).

В примере из «Барышни-крестьянки» повествователь (автор) передает слова самой Лизы (персонажа), а в примере из «Анны на шее» повествователь (автор) преломляет чьи-то мнения через призму сознания Ани (персонажа произведения).

Особенно широко несобственно-прямая речь используется для передачи размышлений, причем это могут быть и отдельные мысли, и целые внутренние монологи:

И вдруг он вспомнил. Как же он ничего не сделал, чтобы найти Игоря? Очевидно, что-то можно было сделать. Позвонить по телефону. Написать заявление. Где-то похлопотать, кого-то попросить. . . Глупости, бред – куда звонить, где хлопотать, кого просить?. . Нет, нет. Что-то можно было сделать, безусловно. Просто он не умеет. Сонечка сумела бы. Он недогадливый, всегда был недогадлив в таких вещах. Сонечка догадалась бы, потому что она любила Игоря. Настоящая любовь обо всем догадывается и все умеет. Он мало любит Игоря, он всегда любил его слишком мало, он никчемный, незаботливый, неумелый отец. Он любил больше Лялю. А чем она лучше? Завитушки на уме, оперетка и флирт. Только что ластиться мастерица. . . (В. Панова).

Очень часто при передаче чужой речи или мыслей точки зрения автора и героя принципиально расходятся:

При известии об этом [о том, что его жена, Зиночка, ждет ребенка] Супругов испытал настоящий леденящий ужас.

Ребенок?! Тесть и теща немедленно спихнут его вместе с Зиночкой к Супругову, на его шесть с половиной метров. Это же черствые эгоисты. Его, Супругова, будущее их не интересует. С утра до ночи детский писк, горшки, пеленки. . . Он сойдет с ума.

А расходы на содержание ребенка. Придется бросить факультет и ехать фельдшером в деревню.

Он решил не сдаваться (В. Панова).

В отрывке, переданном несобственно-прямой речью, выражается одновременно и ужас эгоиста Супругова перед перспективой, которую он себе нарисовал, и осуждение супруговского эгоизма автором.

Иногда расщепление линий речи автора и героя происходит за счет того, что автор и читатель знают то, чего не знает герой:

Но, обойдя кругом палубу и не найдя Даши, Иван Ильич заволновался, стал заглядывать повсюду. Даши не было нигде. У него пересохло во рту. Очевидно, что-то случилось. И вдруг он прямо наткнулся на нее (А. Н. Толстой).

Слова очевидно, что-то случилось – несобственно-прямая речь, так как автор и читатель знают, что с Дашей ничего не случилось, а не знает этого Иван Ильич.

Бывают и такие случаи, что «не знает» чего-то из того, что передается в форме несобственно-прямой речи, другой герой:

– Ах, лампа? Она давно не работает, я ее засунула куда-то под диван. Давайте сначала напьемся чаю, я умираю пить!

(Невозможно же было сознаться, что лампа в полной исправности. . . )

Лампу починить не удалось. К концу чаепития Низвецкий вспомнил о цели своего прихода. Но Фаина сказала, что она хочет спать, и попросила Низвецкого прийти завтра вечером: в самом деле, надо же починить лампу, без лампы она, Фаина, как без рук. . . (В. Панова).

Но такого расхождения может и не быть, хотя совершенно очевидно, что вместе с голосом автора в повествовании начинает звучать и голос персонажа:

Она встала, сняла дорогое платье, в котором провожала его, и надела старую голубую майку, заштопанную на локтях. Ключ – управдому. Другой ключ – Кате Грязновой. И нечего тут сидеть. Только надо все убрать аккуратно: вдруг он вернется раньше нее? Она убрала, вышла из своего рая и отправилась в военкомат (В. Панова).

Если же другой речевой пласт, передаваемый формой несобственно-прямой речи, эмоционально не маркирован, отчетливо не расщеплен, обычно есть вводящие ее слова автора:

В таком случае, – продолжает Жюли все тем же длинным, длинным тоном официальных записок, – она отправит письмо на двух условиях. . . (Н. Чернышевский).

Этот способ создания многоплановости повествования иногда называют лексико-фразеологической разновидностью несобственно-прямой речи. Эта разновидность тесно соприкасается с принципиально другим явлением – с цитированием.

Цитата (от лат. cito – вызываю, привожу) – дословная выдержка из какого-либо текста или в точности приводимые чьи-либо слова.

Цитаты используются для подкрепления излагаемой мысли авторитетным высказыванием, для критики цитируемой мысли; в лингвистических исследованиях цитаты играют роль иллюстративного материала, а в словарях, грамматиках и других научных трудах приводятся как образцы литературной речи.

Цитироваться могут и слова обычных участников разговора: Одним из любимых мест в саду был «березовый круг». Так называли мы небольшую площадку в глубине сада. . . (М. Бекетова). Цитата, как правило, выделяется кавычками, ибо слова, приводимые без кавычек, могут не восприниматься как цитата.

Цитаты, которые используются в научных, научно-популярных работах, должны сопровождаться библиографической ссылкой, на основании которой можно быстро найти источник и цитируемое место. Если цитата приводится не полностью, то пропуск обозначается многоточием: В. В. Виноградов писал: «Язык обогащается вместе с развитием идей. . . »[44].

Глаголы, которыми вводятся цитаты, вычленяются из обширного класса глаголов речи (говорить, писать, цитировать, констатировать, излагать, отвечать, извещать, формулировать и др. ), но цитаты могут вводиться и некоторыми глаголами, не имеющими значения речи (сравнивать, сопоставлять, противопоставлять, различать, очерчивать и др. ). Часто глаголы, вводящие цитаты, дают вместе с тем и оценку цитируемого (смешивать, вещать, изрекать, упрекать и др. ).

Цитирование – это явление, которое сложно и многообразно пересекается с прямой, косвенной и несобственно-прямой речью, как с определенными синтаксическими шаблонами, а функционируя в авторском повествовании, принимает участие в формировании типа высказывания.

Так, в состав придаточного предложения косвенной речи могут включаться элементы прямой речи:

Князь, твердо державшийся в жизни различия состояний и редко допускавший к столу даже важных губернских чиновников, вдруг на архитекторе Михайле Ивановиче, сморкавшемся в углу в клетчатый платок, доказывал, что все люди равны, и не раз внушал своей дочери, что Михайло Иванович ничем не хуже нас с тобой (Л. Толстой).

Фактически это смешение признаков косвенной речи с признаками речи прямой, т. е. синкретичный способ передачи чужой речи. Для его обозначения иногда используется термин «полупрямая речь». Но если отвлечься от моментов формального характера и в основу квалификации этого явления положить обстоятельство, что таким образом буквально передается фрагмент речи другого лица, то такие случаи можно считать разновидностью цитирования, как это делается в лингвистических исследованиях последних лет.

Разновидностью цитирования считают такие случаи, когда в придаточное предложение косвенной речи включаются яркие образные слова и выражения (нередко это фразеологические обороты) из речи героев, не свойственные обычно косвенной речи. Но формальных признаков прямой речи, как, например, употребление местоимений, показывающих точку зрения тех лиц, чья речь передается, не имеется:

Ребята [мастеровые] подозревали во мне религиозного сектанта и добродушно подшучивали надо мной, говоря, что от меня даже родной отец отказался, и тут же рассказывали, что сами редко заглядывают в храм Божий и что многие из них по десяти лет на духу не бывали, и такое свое беспутство оправдывали тем, что маляр среди людей все равно, что галка среди птиц (А. Чехов); Она советовалась со своим мужем, с некоторыми соседями, и наконец все решили, что, видно, такова была судьба Марьи Гавриловны, что суженого конем не объедешь, что бедность не порок, что жить не с богатством, а с человеком, и тому подобное (А. Пушкин).

Эту разновидность передачи чужой речи иногда называют «художественной косвенной речью». В отличие от традиционных цитат элементы передаваемой чужой речи кавычками в ней не выделяются.

Такие же не выделенные кавычками слова и выражения из речи героев часто используются и в авторском повествовании:

Сереже страшно не хотелось слезать, он впился в велосипед руками и ногами и сказал:

– Я хочу еще! Это мой велисапед!

Но сейчас же Шурик его выругал, как и следовало ожидать:

– У, жадина!

А Лида добавила нарочито противным голосом:

– Жадина-говядина!

Быть жадиной-говядиной очень стыдно; Сережа молча слез и отошел (В. Панова).

В авторском повествовании слова жадина-говядина – цитата из речи Лиды.

Иногда такие слова из речи других лиц сам автор выделяет шрифтом, причем при них могут быть и прямые указания на то, что это цитируемые слова:

Мы уже сказывали, что, несмотря на ее холодность, Марья Гавриловна все по-прежнему окружена была искателями. Но все должны были отступить, когда явился в ее замке раненый гусарский полковник Бурмин, с Георгием в петлице и с интересной бледностию, как говорили тамошние барыни (А. Пушкин); Лизавета Ивановна взглянула на него, и слова Томского раздались в ее душе: у этого человека по крайней мере три злодейства на душе! (А. Пушкин); Ее резвость и поминутные проказы восхищали отца и приводили в отчаянье ее мадам, мисс Жаксон, сорокалетнюю чопорную девицу, которая белилась и сурмила себе брови, два раза в год перечитывала Памелу, получала за то две тысячи рублей и умирала со скуки в этой варварской России (А. Пушкин).

Если же такие инородные для авторского повествования слова и выражения в текст никакими указаниями не вводятся и не выделяются кавычками или шрифтом, формально цитирование смыкается с другим явлением – с так называемой лексико-фразеологической разновидностью несобственно-прямой речи. Но цитирование и несобственно-прямая речь в любой ее разновидности – явления, принципиально различные с той точки зрения, что при цитировании автор как бы передает свой голос герою, а при несобственно-прямой речи художественный эффект заключается в том, что голоса автора и героя звучат совместно. Это совместное звучание обнаруживается благодаря тому, что совершенно очевидно расхождение точек зрения автора и героя на то, о чем идет речь, характера восприятия ими одних и тех же событий: Кладовая помещалась, несомненно, за тридевять земель, в тридесятом царстве, потому что Вари не было целую вечность. Пока она пропадала, тот дядька успел купить гармонь, а Коростелев купил патефон (В. Панова).

В этом примере события, о которых пишет автор, преломляются через призму восприятия их ребенком, героем повести В. Пановой «Сережа».

Цитирование лежит в основе особого стилистического приема – мимезиса (от греч. – подражание, передразнивание). Мимезис используется и в повседневной разговорной речи, и в художественной литературе: Держиморда: Был по приказанию. . . Городничий: Чш! (Закрывает ему рот. ) Эк каркнула ворона! (Дразнит его. ) Был по приказанию! (Н. Гоголь). С цитированием связано также понятие сказа. Сказ определяется как такая форма авторской речи, при которой на протяжении всего произведения изложение осуществляется в духе языка и характера того лица, от имени которого ведется повествование. Таким образом, сказ представляет собой доведенное до предела цитирование: формально это речь повествователя, т. е. как бы автора, а по существу автор скрывается за сплошной цитатой. В манере сказа написаны многие рассказы Н. Лескова, например «Левша».

Может передаваться не сама чужая речь, а лишь ее тема. Тема чужой речи, ее предмет может быть выражен в простом предложении при помощи дополнений при глаголах со значением речи или мысли: Коростелев рассказал ему про войну (В. Панова). Но тема, предмет чужой речи может передаваться и в структуре сложного предложения: Сережа рассказал ребятам о своей болезни и о том, как Коростелев говорит о войне (В. Панова).

Нередко общий смысл или содержание чужой речи передается в предложениях с вводными словами, которые указывают на факт чужой речи, на ее источник: по словам (такого-то), как принято говорить, как говорится и др. : По словам тетки, Женю в ремесленное училище приняли (В. Панова).

Используются также частицы, свидетельствующие о субъективности передачи чужой речи или ее темы: мол, де, дескать и некоторые другие: Дороги, мол, он не знал (В. Панова).

Диалог (от греч. dialogos) – беседа, разговор двух или нескольких лиц[45].

Основная сфера функционирования диалога – устная речь в любых условиях, и прежде всего бытовая разговорная речь. При непосредственном общении диалог осуществляется в форме прямой речи:

1-е л. – Сейчас я отдала деньги на холодильник.

2-е л. – Сколько ты отдала?

3-е л. – 210.

Условия, в которых протекает спонтанная диалогическая речь (ситуация, жесты, мимика, интонация), определяют ее особенности и прежде всего тенденцию к экономии речевых средств. Так, ответные реплики диалога чаще всего представляют собой неполные предложения, которые содержат лишь «новое»; говорящие часто не договаривают предложений, перебивают друг друга:

1-е л. – На рыбалку собираетесь? Нет?

2-е л. – Обязательно.

1-е л. – Когда?

2-е л. – Ну когда это-о. . . вот. . .

1-е л. – Нет, я спрашиваю так просто. Потому что сейчас я уезжаю. Мы уезжаем. . .

2-е л. – Вообще?

1-е л. – . . . отдохнуть.

1-е л. – Поедем, возможно, сюда же, куда мы ездили, на этот самый, на остров.

В диалогах отдельные реплики бывают очень обширными, так что отграничение диалогов от монологов часто весьма условно. В художественных произведениях для передачи диалогов в основном также используется форма прямой речи, причем реплики диалога могут вводиться словами автора, но слов автора может и не быть:

– Мы, что ли, все умрем?

Они смутились так, будто он спросил что-то неприличное. А он смотрел и ждал ответа.

Коростелев ответил:

– Нет. Мы не умрем. Тетя Тося как себе хочет, а мы не умрем, и в частности ты, я тебе гарантирую.

– Никогда не умру?– спросил Сережа.

– Никогда! – твердо и торжественно пообещал Коростелев (В. Панова).

Но способы передачи диалогов в художественных произведениях очень многообразны. Так, иногда некоторые реплики диалога опускаются:

– Я не чувствую себя способным сделать ее счастье.

– Не твое горе – ее счастье. Что? Так-то ты почитаешь волю родительскую? Добро!

– Как вам угодно, я не хочу жениться и не женюсь (А. Пушкин).

Бывают случаи, когда вообще передаются лишь одни реплики-стимулы или реплики-реакции, причем для передачи диалогов используется не только форма прямой речи, но и формы косвенной и несобственно-прямой речи полностью или в разных сочетаниях:

Корсаков осыпал Ибрагима вопросами, кто в Петербурге первая красавица? кто славится первым танцовщиком? какой танец нынче в моде? Ибрагим весьма неохотно удовлетворял его любопытству (А. Пушкин);

Прохор вытащил из чемодана образцы пород со своих владений. Инженер Протасов внимательно рассматривал. Это медный колчедан, это, кажется, метис-лазурь, чудесно, это янтарь – ого-го! А это золотоносный песок. Из какого количества по объему? Процентное содержание? Прохор не знает. Жаль. Во всяком случае – это богатство. Ага, золотой самородок! Великолепно. У, да у Прохора Петровича масса образцов!. .

– Я их исследую, – сказал инженер (В. Шишков).

Часто в художественных произведениях передаются внутренние диалогизированные монологи героев, в том числе и с самим собой:

Ничего не видя, она вернулась домой. В комнате стояли и валялись вещи. . . Ничего не нужно, когда его нет. Сколько продолжится война? Года два, сказал он. Два года! Когда ни одна минута, прожитая без него, не имеет цены. Она умрет от тоски. Чем жить? Можно задохнуться (В. Панова).

В художественной прозе речь автора при передаче диалогов тесно переплетается с передаваемой им речью героев. Иногда автор произведения включает в свое повествование диалоги с воображаемым читателем:

– «Содержание повести – любовь, главное лицо – женщина, – это хорошо, хотя бы сама повесть и была плоха», – говорит читательница.

– Это правда, – говорю я.

Читатель не ограничивается такими легкими заключениями, – ведь у мужчины мыслительная способность и от природы сильнее, да и развита гораздо больше, чем у женщины; он говорит, – читательница тоже, вероятно, думает это, но не считает нужным говорить, и по тому я не имею основания спорить с нею, – читатель говорит: «я знаю, что этот застрелившийся господин не застрелился». Я хватаюсь за слово «знаю» и говорю: ты этого не знаешь, потому что этого тебе еще не сказано, а ты знаешь только то, что тебе скажут; сам ты ничего не знаешь, не знаешь даже того, что тем, как я начал повесть, я оскорбил, унизил тебя. Ведь ты не знал этого, – правда? – ну, так знай же (Н. Чернышевский).

Таким образом, используются разнообразные приемы диалогизации авторского текста, в том числе и публицистического. См. , например, критическую статью Н. Г. Чернышевского о комедии А. Островского «Бедность не порок»:

Читатели теперь видят, что почти вся пьеса состоит из ряда несвязных и ненужных эпизодов, монологов и повествований. . . Чем это объяснить? Во-первых, пренебрежением автора к требованиям искусства. . .

Конечно, скажете вы, пламенный Митя сейчас же прочитал решение своей судьбы? А. Островский не считает этого нужным. . .

Почему же, спросит нас автор, недовольны вы таким намерением? Не об намерении теперь мы говорим, а об исполнении.

Таблица 3

Шкала переходности способов передачи чужой речи

На этой шкале между повествованием от 1-го лица и повествованием от 3-го лица расположены те способы передачи чужой речи, которые реализуются в определенных синтаксических конструкциях, а ниже – те, которые собственного синтаксического шаблона не имеют и могут использоваться как в авторском повествовании, так и при передаче чужой речи другими способами. В реальной языковой действительности и в художественной литературе все эти способы чередуются, многообразно сочетаются друг с другом, и границы между ними бывают очень подвижными.

Все эти способы в единую систему связываются тем, что есть и то лицо, которое передает чужую речь (условно – автор), и то лицо, чья речь передается (условно – говорящий, в художественной литературе – герой произведения). Каждый из способов передачи чужой речи связан с тем, что дает возможность «звучать» то голосу автора, то голосу героя, то голосам автора и героя совместно. В результате этого и возникает то многоголосие (полифония), голосоведение, которое очень многообразно используется в художественной литературе.

В системе способов передачи чужой речи существенны два момента: что этот способ представляет собой с языковой точки зрения (это отдельные слова, выражения или определенная синтаксическая конструкция) и чей голос «звучит» (или чей голос «звучит громче», так как выражен отчетливее). В зависимости от целей и задач исследования за основу берется, как уже отмечалось, то чисто лингвистическая (языковая) сторона изучаемых явлений, то лингво-литературоведческая полифония, и это отражается на терминологии, которая используется для их обозначения. Это проявляется, например, при использовании терминов «полупрямая речь» и «смешение элементов прямой и косвенной речи»; «несобственно-прямая речь» и «несобственно-авторская речь (или повествование)» в отличие от «собственно-авторской речи (или повествования)».

В последние годы термин «несобственно-прямая речь» все больше закрепляется за особой синтаксической конструкцией, термин «несобственно-авторская речь» – за авторским повествованием с включенными в него разнообразными элементами речи героя, а для обозначения всех приемов, позволяющих сочетать в разных пропорциях голоса автора и героев, – термин «свободный косвенный дискурс».

Ответы к упражнению № 3 практического занятия № 4

(для 5 курса ОЗО)

1. Княжна, никогда не любившая Пьера и питавшая к нему особенно враждебное чувство с тех пор, как после смерти старого графа она чувствовала себя обязанною Пьеру, к досаде и удивлению своему, после короткого пребывания в Орле, куда она приехала с намерением доказать Пьеру, что, несмотря на его неблагодарность, она считает долгом ходить за ним, княжна скоро почувствовала, что она его любит.

[с тех пор, (как), …корр. , (куда…глаг. ), (с. что), …глаг. ], (с. что).

СПП с несколькими придаточными

с последовательным подчинением и неоднородным (параллельным) соподчинением

2. По тому, как Зуев положил трубку, можно было понять, с кем он только что говорил.

[мест. , (с. сл. как ), глаг. ], (с кем).

местоименно-соотносит. изъяснительно-объектное

адвербиальное

СПП с несколькими придаточными с неоднородным (параллельным) соподчинением

3. Вы смело смотрите вперед, и не потому ли, что не видите и не ждете ничего страшного, так как жизнь еще скрыта от ваших молодых глаз?

[не потому ли], (что), (так как)?

причины причины

СПП с последовательным подчинением

4. Она вспомнила, как рассказала почти признание, которое ей сделал в Петербурге подчиненный ее мужа, и как Алексей Александрович ответил, что, живя в свете, всякая женщина может подвергнуться этому, но что он доверяется вполне ее такту и никогда не позволит себе унизить ее и себя до ревности.

[глаг. ], (с. как…сущ. ), (которое), и (с. как…глаг. ), (с. что), но (с. что).

изъясн. -объектное присубстант. -атрибут. изъясн. -объектн. изъяснит. -объектн.

СПП с несколькими придаточными с последовательным подчинением и однородным соподчинением

5. Сколько я ни вглядывался в выражение его лица, сколько ни вслушивался в звук его голоса, я не мог не убедиться, что он нисколько не притворялся, а был глубоко возмущен и огорчен, что ему не позволили идти стрелять в черкесов и находиться под их выстрелами; он был так огорчен, как бывает огорчен ребенок, которого только что несправедливо высекли…

(Сколько ни), (сколько ни), [глаг. ], (с. что), а (кр. прич. ), (с что); [так + кр. прич. ], (с сл. как…сущ. ) (которого).

уступки уступки изъясн. -объектн. изъяснит. -объектн. мест. -соотнос. присуб. -атриб.

Многочленное СП с разными видами связи: с бессоюзием и подчинением – с однородным соподчинением и последовательным подчинением

6. Сумела ли в самом деле его чуткая душа прочитать этот взгляд, или, быть может, его обмануло воображение, но ему вдруг стало казаться, что еще бы два-три хороших, сильных штриха, и эта девушка простила бы ему его неудачи, старость, бездолье и пошла бы за ним, не спрашивая, не рассуждая.

[ ], или [ ], но [глаг. ], (с что (еще бы), ).

изъясн. -объектн. условия

Многочленное СП с сочинением и с неоднородным соподчинением.

7. Когда зеленый дерн мой скроет прах, Когда, простясь с недолгим бытием, Я буду только звук в твоих устах, Лишь тень в воображении твоем; Когда друзья младые на пирах Меня не станут поминать вином, Тогда возьми простую арфу ты, Она была мой друг и друг мечты.

(с. сл. когда), (с сл. когда); (с сл. когда), [тогда], [ ].

времени времени времени

Многочленное СП с бессоюзием и однородным соподчинением

8. Я замечал, и многие старые воины подтверждали мое замечание, что часто на лице человека, который должен умереть через несколько часов, есть какой-то странный отпечаток неизбежной судьбы, так что привычным глазам трудно ошибиться.

[ ], и [сущ. ], (с. что…сущ. , (который), ), (так что).

изъяснит. -объектн. присубст. -атриб. следствия

, и

Многочленное СП с разными видами связи: с сочинением, с последовательным подчинением и с неоднородным (параллельным) соподчинением

9. Солнце рассыпалось встречь мне таким снопом, что я зажмурился, чувствуя, как оно бродит по лицу, мягко ощупывает его, будто проверяет, свой ли человек тут бродит и какие у него намерения?

[таким + сущ. ], (с что …дееприч. ), (с сл. как), (будто…глаг. ), (ли) и (какие)?

мест. -союзн. изъясн. -объектн. сравнения изъяснит. -объектн.

кач. -колич.

Многочленное СПП с последовательным подчинением и однородным соподчинением.

<< |
Источник: Лекции по синтаксису современного русского языка.

Еще по теме Способы передачи чужой речи:

  1. Сущностные признаки медиатекста.
  2. 30. Чужая речь и способы ее передачи.
  3. 31. Несобственно-прямая речь, способы ее передачи.
  4. Понятие о прямой и косвенной речи
  5. 43. Понятие чужой речи и способы её передачи. прямая и косвенная речь.
  6. 15. Стилистические возможности морфологии (глагол, числительное, местоимение, служебные части речи).
  7. 49. Формы передачи чужой речи.
  8. ОТВЛЕЧЕННО-ОБОБЩЕННОСТЬ (АБСТРАГИЗАЦИЯ) НАУЧ- НОЙ РЕЧИ
  9. 49. Формы передачи чужой речи.
  10. Способы передачи чужой речи
  11. Вопросы к экзамену по разделам «Синтаксис словосочетания Синтаксис простого предложения Синтаксис сложного предложения»
  12. Способы передачи чужой речи
  13. Монологическая и диалогическая речь. Прямая речь. Косвенная речь
  14. КУЛЬТУРА РЕЧИ И ПРОФЕССИОНАЛИЗМ
  15. УМЕСТНОСТЬ РЕЧИ
  16. ЛЕКЦИЯ V Особенности письменной деловой речи
  17. 85. ПРЯМАЯ И КОСВЕННАЯ РЕЧЬ
  18. Тема 3. Норма как центральное понятие культуры речи