<<
>>

Сюжет-жанр. Особенности редуцирования составляющих литературного произведения в интернет-текстах

Борис Акунин - один из тех современных писателей, которых современный читатель либо горячо любит и всячески восхваляет, либо также рьяно ненавидит. Книга «Самый страшный злодей и другие сюжеты», вышедшая официально в свет в 2013 г., вызвала у читателей такие же чувства.

Одни восхищались красотой оформления книги и ее интересным наполнением, другие ругали, говоря, что Б. Акунин использует любые возможности, чтобы заработать, публикуя заметки из своего блога отдельной книгой.

В русской и зарубежной литературе существует традиция жанрового обозначения произведения в заголовочном комплексе (сильной позиции текста). Достаточно вспомнить А.С. Пушкина с его «Повестями Белкина», «Сказкой о Царе Салтане», Г.У. Лонгфелло с «Песнью о Гайавате», Оды М.В. Ломоносова и Г.Р. Державина, Б. Полевого с «Повестью о настоящем человеке», и т.д. Таким образом автор заранее готовит читателя к определенным специфическим особенностям произведения: тематическим, композиционным и стилистическим. По словам М. М. Бахтина «.определенные функции... и определенные, специфические для каждой сферы условия речевого общения порождают определенные жанры, то есть определенные, относительно устойчивые тематически, композиционно и стилистически типы высказываний» (Бахтин, 1996: 164).

Еще более узнаваемой для читателя становится конструкция, используемая Б. Акуниным в наименовании данной книги (и серии других), - «..и

другие.(жанровый вид или подвид произведения)» (к примеру, Д. Казанова «Любовные и другие приключения Джиакомо Казановы, кавалера де Сенгальта, венецианца, описанные им самим», Э. Несбит «Принцесса Мелисанда и другие сказки» и др.)

По такому принципу строятся названия серии книг Б. Акунина: «Самая таинственная тайна и другие сюжеты» (2012 г.), «Настоящая принцесса и другие

сюжеты» (2013 г.), «Самый страшный злодей и другие сюжеты» (2013 г.), «Северный часовой и другие сюжеты» (2015 г.).

В самом деле, «Самый страшный злодей и другие сюжеты» - это сборник небольших исторических миниатюр, которые изначально были опубликованы Б. Акуниным в его авторском блоге: «В этой книге собраны тексты, опубликованные в моем блоге за первые месяцы его существования. Не все, а только те, которые более или менее соответствуют заявленной теме: дней старинных анекдоты в авторской интерпретации и непременно с пояснениями, почему они кажутся мне интересными/важными/актуальными» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 5).

Сам автор в своей книге дает жанровое определение своим миниатюрам - анекдот. В то же время, название книги, казалось бы, содержит указание на жанровую принадлежность произведений, собранных под одной обложкой, - сюжет. Почему явно двусоставное название, с четко выделенной структурой, выглядит таким образом: «Самый страшный злодей / и другие сюжеты»? Почему Акунин не употребляет лексему «анекдот», «рассказ» или, наконец, «миниатюра» для именования своих произведений?

Одной из определяющих черт массовой литературы становится ее акцент на сюжете произведения. Именно эта черта в книге «Самый страшный злодей и другие сюжеты» доведена Б. Акуниным до абсолюта: сюжет становится ключевым компонентом каждого отдельного произведения, он поглощает практически все структурные элементы этих миниатюр, и, фактически, становится литературным жанром, т.к. остальные элементы литературного произведения либо вообще редуцируются, либо подчиняются исключительно сюжету.

В рассматриваемой книге, как в отдельно взятом целостном произведении, отсутствует определенная тематика собранных под одной обложкой миниатюр: каждый отдельный сюжет может быть посвящен либо убийцам конца XIX - начала XX вв., либо сержанту лондонской полиции Уильяму Попею, либо любителю собак Сёгуну Цунаёси, либо бабушке - самому страшному злодею и

т.д. Общей системы образов нет: в каждом отдельном произведении повествуется об одном или нескольких героях, никак не связанных между собой, кроме некоторых совпадающих характеристик: персонажи являются убийцами, жившими в ХІХ в., японскими начальниками и т.п.

Миниатюры связывает особая структура. В каждой из них соседствуют мнение (или впечатление) автора от какого-либо события-сюжета или определенной детали и, собственно, само событие-сюжет или деталь. По словам Томашевского, «.признаки жанра, т.е. приемы, организующие композицию произведения, являются приемами доминирующими, т.е. подчиняющими себе все остальные приемы, необходимые в создании художественного целого. Такой доминирующий, главенствующий прием иногда именуется доминантой. Совокупность доминант и является определяющим моментом в образовании жанра» (Томашевский, 2002: 207). Таким образом, для этого нового жанрового образования такой приём-переплетение авторского мнения и факта является своеобразной доминантой. Именно он явился скрепляющим звеном всех этих отдельно взятых произведений.

Глава от 17.01.2011 «Последний век дуэли» открывается авторским восхищенным комментарием к дуэли, какой она была описана А. Дюма и М.Ю. Лермонтовым. Однако автор тут же противополагает характер этого «красивого, ритуализированного душегубства» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 78) и «.безобразно хаотичный мордобой, когда на тебя, очкарика, налетают гурьбой кузьминские гвардейцы кардинала и молотят безо всякого политеса, притом вовсе не из-за жемчужных подвесок или батистового платочка, а из-за отказа дать двадцать копеек» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 78). Таким противопоставлением автор объясняет свое любопытство к теме дуэли и, в особенности, к вопросу: «..а когда, собственно, этот варварски-романтический обряд окончательно вышел из употребления?» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 79). Затем Б. Акунин приводит несколько реальных фактов «настоящих» дуэлей, произошедших в ХХ в.: 1926 г. - председатель правления нефтяного концерна и журналист; 1934 г. - депутат французского парламента и журналист;

1938 г. - руководитель «Комеди Франсез» Э. Бурде и драматург А. Бернштейн; 1930 г. - экс-президент Парагвая и его обидчик; 1967 г. - марсельский мэр, коммунист Гастон Деферр и депутат-голлист Рене Рибьер.

В финале этого сюжета автор заключает: «Подумать только - произошло это рубилово в то самое время, когда я, пятиклассник с московской окраины, почитал поединки безвозвратно ушедшей стариной.» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 82).

В главе от 05.01.2011 «Красота по-японски» обрисованы каноны японской красоты в противовес пониманию красоты европейцами. Начинается глава стандартно для всех миниатюр этой книги: «Будучи япономаном по образованию и складу души, не могу оставить без внимания японские каноны красоты.» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 63). В качестве примера автор указывает на картину эпохи Хэйнан (IX-XII вв.), на которой изображена девушка с круглыми щеками, ртом бантиком, очень узкими глазами и тонким носом - идеально красивая японка. Автор приводит интересные факты о красоте японской женщины того времени: идеально белая кожа, контрастирующая с зубами, сильно проигрывавшими коже в белизне, явилась причиной закрашивания зубов черной краской. В заключение этой главы Б. Акунин говорит о том, насколько очевиден контраст его представлений о женской красоте и классических японских. Ему казались красивыми именно те японки, которые «вовсе не слывут хорошенькими у моих туземных приятелей. И наоборот. В моих отягощенных европейским предрассудками глазах автоматически утрачивала привлекательность девица с кривыми зубами или ногами «баранкой». Оказалось, что два этих ужасных с русской точки зрения дефекта, равно как и весьма распространенная в Японии лопоухость, тамошней девице-красавице совершенно не в укор» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 65—66). Таким образом, касательно данной главы трудно говорить о линейном сюжете; однако основной прием, объединяющий миниатюры, остается прежним: приводятся разнообразные культурные или житейские факты и дается авторский комментарий к ним.

Глава от 12.04.2011 «Свечное сало и пушечное мясо (Из файла «Привычки милой старины»)» повествует об эпохе императора Наполеона Бонапарта.

Начинается глава с эмоционального рассказа об этом периоде истории Франции: «Эпоха императора Наполеона считается временем романтическим.

Исторические романы и фильмы, стихи про кавалергардов, чей век недолог, и про очаровательных франтов, чьи широкие шинели напоминали паруса морочат всем нам голову вот уже несколько поколений» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 145). Затем писатель вспоминает, что пик ослепительного взлета Наполеона пришелся на конец 1810 г., когда он сочетался узами брака с Марией- Луизой, дочерью Австрийского императора. Свадьба произвела неизгладимое впечатление на всех современников императора. Одним из ошеломляющих моментов этого торжества была «знаменитая иллюминация, залившая светом Париж по случаю августейшей свадьбы Наполеона Первого» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 146). Однако, замечает Акунин, «.иллюминация.была несколько людоедского свойства» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 146): «некий служитель анатомического кабинета при медицинской школе (туда свозились невостребованные трупы из всех госпиталей) долгое время приторговывал человеческим жиром» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013:

146) . Именно из этого жира, смешанного со свиным и бараньим, и были сделаны свечи, которые озарили Париж во время свадьбы Наполеона. Узнав об этом, полиция «так напугалась своего открытия, что засекретила данные. Семь тонн арестованного товара были тайно вывезены и зарыты за городской чертой» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013: 147). По мнению автора, «.зря это они. Получилось очень складно: главный поставщик пушечного мяса рассекал да зажигал при свете человеческого сала» (Акунин, Самый страшный злодей, 2013:

147) .

В этих произведениях автор использует современный разговорный язык, ведь они рассчитаны на широкую, массовую аудиторию. Однако этот язык, безусловно, грамотен, профессионален, а его носитель - сведущий человек в различных сферах культуры и истории. Язык этих произведений сам по себе становится второй (после особого структурного приема) скрепой, объединяющий миниатюры.

Вернемся к еще одной жанровой разновидности, которой автор сам охарактеризовал свои небольшие новеллы, - анекдоту.

В Словаре литературоведческих терминов дается следующее ее определение: «Анекдот - это 1) короткий рассказ об историческом лице, происшествии; 2) жанр городского фольклора, злободневный комический рассказ-миниатюра с неожиданной концовкой, своеобразная юмористическая притча» (Словарь литературоведческих терминов: электронный ресурс). Применительно к книге «Самый страшный злодей и другие сюжеты» теоретически мы могли бы говорить о жанре авторского (литературного) анекдота, ведь все рассказы написаны Б. Акуниным. Однако далеко не все они строятся по законам этого жанра. Если первому значению приведенного термина соответствуют практически все главы данной книги, то об их комичности вряд ли можно говорить с уверенностью. Безусловно, ироничность присуща авторскому стилю Б. Акунина, но смешными эти рассказы назвать затруднительно.

Однако в данном случае важно иметь в виду типологию коммуникативных стратегий, предложенную В.И. Тюпой, которая «касается нарративного дискурса. Согласно ей, нарративу в художественном тексте исторически свойственны три стратегии, которые восходят к дохудожественным устным речевым жанрам сказания, притчи и анекдота и представляют собой специфические модели речевого поведения, неизменно воспроизводимые в процессе развития литературы. Разница между тремя коммуникативными стратегиями определяется характером проявления в них референтной, креативной и рецептивной компетенций Креативная компетенция анекдота - объективно недостоверное мнение субъекта о сообщаемом, поддерживаемое мастерством рассказчика Риторика анекдота - курьезная риторика окказионального, ситуативного, диалогизированного слова» (цит. по: Кузнецов, 2002: электронный ресурс). Собственно, об «анекдоте» как коммуникативной стратегии, а не как о жанре, может идти речь применительно к книге «Самый страшный злодей и другие сюжеты». Автор информирует читателя при помощи диалогизированного, ситуативного слова. Причем диалогизировано оно еще и в буквальном смысле:

каждый маленький рассказ сопровождают комментарии подписчиков блога Б. Акунина, и в финале мы обнаруживаем главы-интерактивы («Опросы»; «Вопросы недели», которые задает автор своим подписчикам; «Вопросы и ответы»).

Таким образом, адресат книги «Самый страшный злодей» - массовый читатель. Ее важнейшими компонентами являются визуализация (множество иллюстраций, привлекательный вид самой книги), диалогичность и максимальное акцентирование внимания на сюжете произведения. В эпоху, когда аудиторией востребованы «краткие содержания» произведений классической литературы, когда читатель пытается за предельно короткое время получить как можно больше информации, появляется такая жанровая модификация - «сюжет». «Сюжет» как новый литературный жанр характеризуется максимальной редукцией всех составляющих литературного произведения, кроме, собственно сюжета или фабулы. Называя свои миниатюры анекдотами, автор имеет в виду не литературный жанр, а именно коммуникативную стратегию, которую он с успехом реализует в тексте.

Подведем итоги главы.

Мы выявили, что проект «Жанры», определенный автором как каталог «чистых» жанровых форм в категорическом смысле таковым не является. Писатель получает своего рода «дистиллированные» жанровые формы, дополненные и расширенные за счет других литературных традиций. Создавая собственный жанр романа-квеста, Б. Акунин опирается на постмодернистскую традицию, адаптируя ее к современным реалиям.

Мы можем утверждать, что принципы современной беллетристики, не идущие вразрез с традиционными жанровыми канонами и установленные нормы трактовки текста, безусловно, оставляющие поле для творчества, являются базовыми в произведениях Б. Акунина. Преобладание «цитатно- реминисцентного» метода разработки композиции сюжета - специфический аспект для современной литературы в целом, сопряженный с шифрами «своего» и «чужого», а также с ориентацией на элитарного и массового читателя. Характер межкультурной диалогической коммуникации романов Б. Акунина, предполагает

не только ориентирование на естественное развитие традиций, но и их переосмысление, когда новые тексты приобретают новые смыслы.

Все произведения цикла «Жанры» взаимосвязаны между собой, имеют различные общие (и к другим текстам писателя) сюжетные отсылки, что в результате комбинирует их в единый проект.

Отметим кинематографичность и визуальность рассмотренных произведений: иллюстрации в «Детских книгах», знаки «ЗАСЕКРЕЧЕНО» в «Шпионском романе», особая структура «Квеста». Такое синтетическое начало всех текстов Б. Акунина позволяет нам говорить о магистральной тенденции его творчества и современной литературы в целом - тенденции к визуализации литературного текста, которая оправдана социальным контекстом. Следуя которой, Б. Акунин создает новый жанр - «роман-кино». В этом жанре писатель воплощает большинство доступных в данный момент кинематографических приемов, используемых современными литераторами.

«Сюжет» как новый литературный жанр («Самый страшный злодей и другие сюжеты») характеризуется максимальной редукцией всех составляющих литературного произведения, кроме, собственно, сюжета или фабулы. Такое авторское жанровое новообразование также позволяет нам говорить об особой тенденции в творчестве Б. Акунина и современной русской литературе - сокращение текста за счет художественной составляющей. На наш взгляд, эта тенденция очень тесно связана с уже упомянутой нами визуализацией литературных произведений, ведь фабула и сюжет - это легко визуализируемые составляющие написанного текста.

<< | >>
Источник: ПОНОМАРЕВА Юлия Владимировна. ЖАНРОВОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЙ Б+ АКУНИНА. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Тверь - 2018. 2018

Еще по теме Сюжет-жанр. Особенности редуцирования составляющих литературного произведения в интернет-текстах:

  1. 10. Структура российского телевещания.
  2. 21.Рецензия как публицистический жанр. Предмет отображения, цели и задачи, виды, язык и стиль, примеры жанра в казахстанской прессе
  3. 11. Журнал как тип издания: особенности возникновения, функции, место в СМИ
  4. 40. Современная телепрограмма. Типы программ современного телевидения
  5. 11. Журнал как тип издания: особенности возникновения, функции, место в СМИ
  6. 40. Современная телепрограмма. Типы программ современного телевидения
  7. Общая характеристика художественно-публицистических жанров:
  8. 11. Фельетон: определение, история жанра, современный статус. Особенности жанрового содержания фельетона: комическое и его формы в фельетоне.
  9. 13. Памфлет: история жанра, особенности жанрового содержания и приемов его подачи. Сарказм как основа построения памфлетного образа. Особенности памфлетного стиля. Автор в памфлете.
  10. 14. Эссе: специфика жанра. Особенности жанрового содержания: понятие эссемы. Композиционные особенности построения эссе (многообразие ракурсов изображения, жанровая гибкость, монтажность).
  11. Система функциональных стилей современного русского языка. Общая характеристика стилей.
  12. Стилистические особенности информационных жанров
  13. Риторические традиции в России
  14. 59. ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ ЖАНРЫ: ПЕРЕСКАЗ, КОММЕНТАРИЙ К ДИНАМИЧЕСКОМУ ВИДЕОРЯДУ, РАССКАЗ О ДОРОЖНО-ТРАНСПОРТНОМ ПРОИСШЕСТВИИ, РАССКАЗ-РЕКОМЕНДАЦИЯ, АВТОБИОГРАФИЯ
  15. § 11. Ораторская речь и функциональные стили литературного языка
  16. Тема 4.Функциональные разновидности литературного языка
  17. 1.1.Общая характеристика и классификация видов свободного использования произведений
  18. 1.3. Гражданско-правовые средства обеспечения прав авторов и иных правообладателей при свободном использовании произведений