<<
>>

§2. Становление социологии права

Социология права - по преимуществу юридическая отрасль знания (в XX в. это выглядит так). Процесс взаимодействия социологии и юриспруденции, начавшийся во второй половине XIX - начале XX в., был определяющим для ее формирования и шел двумя, направленными навстречу друг другу, потоками: от социологии к юриспруденции и от юриспруденции к социологии.

В первом случае социологи, развивая свои доктрины, стремились опробовать их на юридическом материале. Во втором - юристы, рассматривая свои специальные проблемы, пытались использовать понятийный аппарат и методологию социологии. Специфика возникновения повлияла и на название социолого-правовой науки. В научной литературе под социологией права зачастую понимали отрасль социологии, созданной социологами, а под социологической юриспруденцией - отрасль юриспруденции, сформированной юристами. Такой терминологический разнобой весьма условен, хотя и показателен, так как указывает на межотраслевой характер социологии права.

Взаимодействие социологии и юриспруденции шло по трем основным направлениям. Во-первых, социолого-правовой подход развивался внутри отраслевых юридических наук. Представители уголовного, государственного, коммерческого, семейного права широко привлекали статистический, демографический и антропологический материал для решения своих специальных проблем. Показательный пример соединения криминальной проблематики и социологии - криминология. Во-вторых, социология права складывалась путем изучения права и государства как абстрактно взятых институтов (их генезис, микро и макроструктура, функциональные взаимосвязи), что привело к появлению различных социологических школ права (школы «свободного права», институционализма, социолого-психологического направления и др.). В-третьих, социология права наращивала свой потенциал благодаря эмпирическим, прикладным исследованиям, приобретшим особый размах во второй половине XX в.

В первых двух случаях главную роль в становлении социологии права в самостоятельную отрасль знания сыграли по большей части юристы, именно они создали большинство специализированных теоретических трудов. Прикладные исследования проводили по преимуществу социологи, почему эту часть социологии права нередко называют юридической социологией.

Как сказано выше, определяющим для формирования социологии права был процесс взаимодействия социологии и юриспруденции, что, конечно, не вызывает сомнений. Вместе с тем следует помнить, что сама социология формировалась как междисциплинарная наука, в ее становлении участвовали философы, историки, юристы, экономисты, антропологи, психологи. Они создавали социологию на материале своей науки, что вело к появлению отраслевой социологии (явно или неявно выраженной). В рамках такой отраслевой социологии государство и право также было предметом анализа и это создавало особый профиль, новый угол зрения на данные социальные институты. Взгляды на государство и право юриста- социолога, философа-социолога, экономиста-социолога, историка-социолога, психолога- социолога, отражая специфику соответствующей науки, делали общую картину мозаичной и противоречивой, но, в конечном счете, - весьма информативной и благоприятной для будущих исследований. Таким образом, социология права, созданная юристами (в рамках юриспруденции), является наиболее крупным, но далеко не единственным направлением. Социология права создавалась также вне юриспруденции, социологами, от нее далекими (например, марксистская, неокантианская, органическая или географическая социология).

Использование социологического подхода началось, конечно, не в XIX в., а много раньше. Классики французской социологии права Г. Гурвич и Ж. Карбонье вели свою идейную родословную со времен античности. «Пожалуй, наиболее весомый вклад античности в социологию права внесли ее историки и путешественники, - писал Ж. Карбонье. - Мы имеем в виду их любопытные свидетельства о нравах и обычаях разных народов в далекие времена.

Вспомним в этой связи Геродота и Плутарха, Варрона и Авла-Геллия, наконец, Тацита с его описаниями быта древних германцев. Из этих описаний и свидетельств сложился юридико-этнографический фонд, из которого социологи продолжают черпать сведения и поныне. Еще более значимо, что в итоге того, что сделали античные авторы, возникло представление о разнообразии правовых систем во времени и в пространстве, об их относитель- ности»[1]. Г. Гурвич находит у Аристотеля зачатки институционализма: каждая социальная группа рождает свой свод правил, существующих наряду с правом и конкурирующих с ним. Аристотель, рассуждает ученый, вводит термин «filia» (в пер. с греч. - дружба), толкуя его предельно широко как любой вид социальной связи. Filia есть та многослойная нормативная среда, которая формирует и определяет свойства права, влияет на форму государства, лежит в основе действующего правопорядка. Хотя древнегреческий философ и не ставил перед собой цель рассмотреть право как следствие воздействия социальной среды, фактически он это делает[2].

Определенную роль в деле становления социологии права сыграла естественноправовая школа. По сути своих принципиальных положений о праве обе школы - антиподы. Если социологический подход ориентирует на установление права, реально действующего, фактически регулирующего общественные отношения, то естественно-правовая теория обращена к праву идеальному, должному, к правовому идеалу, расположенному в общественном сознании. Вместе с тем конструкция естественного права и естественного состояния, умозрительная по своему содержанию, включала в себя и некоторый реалистический, фактический компонент. Так, согласно естественно-правовой теории между правом позитивным и естественным существует дуализм, позитивному праву противостоит природа вещей. Феодальный правопорядок рассматривался как рукотворная, искусственная модель, противоречащая естественному состоянию, подлинной природе человека. Такая антиисторическая, надуманная аргументация обращала, тем не менее, к природным свойствам человека, фактическим отношениям между людьми как основе права.

Естественное состояние выступало здесь как некая социальная реальность, где следует искать корни права и государства. Уже в эпоху Просвещения естественно-правовая концепция ломала юридико-догматическое восприятие

права, что объективно готовило почву для социологии права.

Почва для социолого-правовых исследований готовилась также и со стороны исторической школы права, которая отодвинула на задний план естественно-правовую концепцию и во многом предопределила возникновение научного подхода к рассмотрению права. Историческая школа права, выдвинув тезис о праве как явлении национальной культуры, стимулировала интерес к правовым культурам мира и широкое применение историкосравнительного метода. Подход к праву как элементу национальной культуры предполагал поиск тех факторов, которые могли повлиять на формирование права. Во многом мистическое положение о «народном духе» как источнике права поворачивало исследовательский интерес к реальной основе права - обществу, социальной среде во всем ее многообразии. Рассмотрение права как исторического явления возвращало к фактически действующему, функционирующему праву. Историческая школа права пыталась определить реальные рамки влияния права, границы правотворчества. В самом широком смысле эта влиятельная школа права прививала интерес к эмпирической стороне права, что является необходимой предпосылкой для социолого-правовых исследований.

Как верно указал Ж. Карбонье, одним из важных этапов на пути к социологии права стала развернувшаяся с конца XVIII в. европейская кодификация, в ходе которой приобрел особое значение знаменитый Гражданский кодекс Наполеона 1804 г . Переход континентальной Европы от феодализма к капитализму знаменовал собой вытеснение законом всех остальных источников права (в первую очередь правового обычая). Буржуазия, заинтересованная в установлении режима законности, стимулировала развитие юридической техники, отраслевой юридической науки, способной подготовить добротные нормативные акты. Парадокс состоял в том, что и сторонники, и противники кодификации с разных позиций приближали науку к социологии права.

С точки зрения классической юридико-догматической юриспруденции социологический метод неуместен при подготовке текстов законов. Юрист, создающий нормативноправовой акт, нацелен на поиск точных непротиворечивых понятийных конструкций, встроенных в иерархическую систему законодательства. Главный предмет внимания здесь - текст, буква закона, четкость формулировок и согласованность норм. Однако если на первый взгляд все выглядит именно так, то более глубокое рассмотрение вопроса дает иную картину.

Юрист-догматик, имеющий цель подготовить закон, должен хорошо себе представлять специфику общественных отношений, которые предстоит урегулировать. Юрист- догматик - не законодатель, он, как правило, является исполнителем воли законодателя (мо- [3] нарха, парламента, партийного вождя, олигархической клики). Но ему как разработчику следует четко понимать цели законопроекта, хотя и ставит эти цели не он. Так, пришедшая к власти буржуазия в лице Наполеона Бонапарта поставила перед собой цель закрепить принципы свободы и равенства в экономике и политике, что и было сделано в Гражданском кодексе и конституционных актах. Юридическая наука получила наглядный пример непосредственной связи между интересами социальных групп и законодательством, между сухой формулой закона и волей господствующих классов.

Консерваторы эпохи Реставрации (Ж. де Местр, Л. де Бональд, К. Г аллер, историческая школа права), критикуя кодексы как произвольную прихоть законодателя и апеллируя к обычному праву, фактически звали Европу вернуть феодальные порядки. За этой критикой нового буржуазного законодательства стояли вполне конкретные интересы феодальномонархических кругов, что также было замечено юридической наукой.

Если естественно-правовая теория, историческая школа права, юридические отраслевые науки создавали почву, своеобразную научную среду для созревания социологии права, то непосредственным толчком ее становления стало учение О. Конта. Основатель позитивизма в целом оставался глух к теоретическим проблемам права и государства, известно лишь его мнение о субъективных правах граждан социократии, которые следовало бы, полагал он, отменить и поставить на их место обязанности.

Значение О. Конта для социологии права состоит в том, что он создал и философски обосновал социологический метод анализа социальных явлений. Позитивистские и социологические идеи, витавшие в воздухе, были им систематизированы, обобщены и представлены в виде относительно завершенной теории. Ученые, занимающиеся проблемами государства и права, сразу же по достоинству ее оценили, применив в качестве инструмента своих исследований.

Как уже было сказано, со второй половины XIX в. начинается бурный процесс становления социологии права в качестве профессиональной, самостоятельной научной дисциплины. В ее формировании принимали участие социологи и юристы. К социологам, сыгравшим наиболее заметную роль в этом деле, следует отнести К. Маркса, М. Вебера и Э. Дюрк- гейма. Их интересы выходили далеко за рамки социолого-правовых исследований, хотя каждый из них детально изложил свой подход в понимании политико-юридических тем. Значение этих авторов заключалось, во-первых, в том, что они благодаря своему громадному идейному влиянию стимулировали интеграцию юриспруденции и социологии. Во-вторых, ими основаны направления со своим набором понятий и идей, в рамках которых создавались многочисленные специализированные труды по социологии права.

Среди юристов, стоявших у истоков социологии права, выделяются Р. Иеринг, Л. Гумплович, Е. Эрлих, Л. Дюги, М. Ориу, Е. Леви, А. Леви-Брюль, Л.И. Петражицкий, Г. Гур-

вич, Р. Паунд, К. Ллевеллин, Дж. Фрэнк и др. Все они преподавали и занимались научной деятельностью на юридических факультетах университетов, некоторые были практикующими юристами. Их труды заложили основы социологии права как самостоятельной юридической дисциплины, наметили ориентиры для социолого-правовых исследований в XX в. С конца XIX до середины XX вв. были созданы произведения, которые и по настоящий день в известном смысле являются непревзойденными.

Так же как и общая социология, социология права была востребована самой жизнью. В последнюю треть XIX в. страны Запада вступают в эпоху империализма, характерной серьезным отступлением от традиций ранней буржуазной демократии (XVII - первая половина XIX вв.). Если в эпоху свободной конкуренции государство играло роль «ночного стражника» (выражение Ф. Лассаля), не вмешиваясь в экономику, то в период господства монополий его функции меняются. Под напором борьбы трудящихся масс за свои социальные и политические права буржуазное государство было вынуждено брать на себя обеспечение социальных гарантий, ограничивая эгоизм монополий. Становясь социальным, буржуазное государство одновременно становилось и этатистским, т.е. должно было активно вмешиваться в экономику и в целом - в жизнь общества. Классические институты демократии (парламент, избирательное право, референдум, многопартийная система), подстраиваясь под новую реальность, зачастую обнаруживали свою неэффективность, что в конечном счете привело к установлению в 20 - 30-е годы XX в. тоталитарных и авторитарных режимов. Оказавшаяся в кризисе буржуазная демократия требовала специального изучения и практических рекомендаций. Для социологии права, науки во многом прикладной, с новой методикой и методологией познания, здесь открывались широкие возможности.

Возросшая динамика и кризисные явления западных обществ заставили буржуазное государство более оперативно и гибко реагировать на развитие социальных отношений, что выразилось, в частности, в активизации роли суда. Суд своими решениями корректировал нормы закона, расширяя или сужая их по своему усмотрению, максимально приближая к рассматриваемой спорной ситуации. Фактически суд создавал новые нормы и наряду с исполнительной властью выстраивал общественные отношения в соответствии с потребностями страны. Активизация деятельности суда заставила многих юристов сместить исследовательский интерес со статической стороны права на его динамические свойства. Было обращено внимание на разрыв между правом и жизнью, отмечалось, что не все, записанное в законе, реализуется в жизни, и наоборот: существующее в практике, помимо закона, носит юридический характер. По мысли юристов, суд призван был находить «живое право», реально, фактически регулирующее общественные отношения. Такой подход существенно расширял рамки понимания права, которое сводилось либо к любой социальной норме, практически регулирующей общественные отношения, либо к правоотношениям, либо к правоприменительным актам (прежде всего актам суда). Социология права и возникала как наука, обобщающая идеи всей этой научно-практической юридической среды.

Несмотря на объективную потребность, социология права как научная и учебная дисциплина расширяла сферу своего влияния с большими трудностями. Даже к середине XX в. на Западе еще не было полной ясности с ее официальным статусом. В работе 1942 г. Г. Гур- вич с горечью писал, что социология права все еще находится в стадии формирования, она не занимает должного места в юридическом образовании. Главной причиной ее медленного становления он считал сопротивление со стороны юристов и социологов, которые отказывали ей в научном статусе. Юристы опасались размывания нормативного характера права, а

4

социологи - внесения в их науку оценочного компонента .

Опасения со стороны юристов, надо сказать, были совершенно обоснованными, так как социология права действительно заметно потеснила юридический позитивизм - господствующее направление в XIX и XX вв. Юридический позитивизм - естественная, стихийная методологическая основа любого юриста-практика, участвующего в правотворческой или правоприменительной деятельности. Юридико-догматический метод всегда будет востребован, как всегда будет востребовано искусство написания и применения законов. Вместе с тем с последней трети XIX в. догматическая юриспруденция явственно обнаруживает свою ограниченность, неспособность дать ответ на вызов времени. Юристы-догматики могли предложить только создание новых юридико-технических конструкций (что совсем не мало), а требовалось дать социолого-правовой анализ идущих процессов и предложить практические меры для устранения кризисных явлений. Социология права, конечно, не особенно помогла выйти западным обществам из кризиса, но она значительно расширила понимание его действительных причин.

Юридический позитивизм враждебно воспринимал социологию права еще по одной причине. С юридико-догматической точки зрения право есть веление, приказ власти, что, как правило, предопределяло либо лояльное, либо апологетическое отношение юристов к государству и господствующему политическому режиму. Социология права, напротив, сделав предметом своего внимания социальную среду правотворческой и правоприменительной политики, невольно вставала на путь критики власти и законодательства. Изучая зависимость государства и права от материальных интересов, социальных конфликтов, природных свойств индивидов, больших и малых человеческих коллективов, социологи права вскрывали теневые стороны и патогенные процессы политико-правовой жизни.

Социология права - дисциплина, сложившаяся из соединения социологии, юриспру- [4]

денции и философии. Доминирует в данной триаде, несомненно, социология, дающая социологии права идеи (системный подход, структурно-функциональный анализ, опора на эмпирический материал) и общее направление развития. Социология права, как правило, развивалась в рамках социологических школ, направлений и отдельных социологических теорий. Трудно назвать социолого-правовую теорию, которая не отталкивалась бы от базовых идей какой-либо социологической школы.

Роль юриспруденции в основном сводилась к тому, чтобы задавать тему исследования - политико-правовые явления. Юристы становились социологами права в том случае, когда привносили социологический подход в изучение права и государства. Именно в этом смысле социология права, говоря словами Ж. Карбонье, есть отражающая дисциплина, т.е. она заимствует идеи из общей социологии и прилагает их к своей сфере[5].

И наконец, от философии социология права берет мировоззренческие и методологические ориентиры. Философско-методологические основы социологии права и общей социологии практически полностью совпадают (что, кстати говоря, еще раз подтверждает вторич- ность социологии права перед общей социологической наукой). Так же как и общая социология, социология права в XIX в. использовала в качестве философской методологии позитивизм, марксизм и неокантианство, позднее, в XX в., - прагматизм, неопозитивизм, неомарксизм, феноменологию, фрейдизм и неофрейдизм, структурализм и постструктурализм.

В XX в. положение социологии права последовательно укреплялось, хотя и не без трудностей. В континентальной Европе ее институционализация проходила медленнее, в англосаксонских странах, где роль суда была выше, - быстрее. В США уже в 30-е годы школа «реалистов» приобретает большую популярность, что выглядело вполне естественно на фоне «нового курса» Ф. Рузвельта. Острейший экономический кризис заставлял власть авторитарными методами оперативно вторгаться в экономическую и социальную жизнь, что потребовало расширить традиционное понимание буржуазной законности. Отдавалось предпочтение не «бумажным нормам», а «реальному праву», вырастающему из самой жизни благодаря решениям суда. В США социологические концепции права доминировали, но на этом основании нельзя сделать вывод об их больших, чем в Европе, успехах. После Второй мировой войны социологические школы теряют свое лидирующее положение в американской юриспруденции. Их начинают теснить естественно-правовые концепции, отдельные положения которых социологические школы начинают в себя включать[6].

В Германии и Австрии, где и появилась концепция «живого права», социологический подход встречал сильное сопротивление со стороны юридической практики, считавшей за-

кон, а не прецедент главным источником права. В Германии только в 1970-е годы социология права полноправно входит в программы университетов в качестве учебной дисциплины. До этого она как учебная дисциплина практически отсутствовала. В настоящее время здесь

7

существует лишь незначительное число социолого-правовых исследовательских центров .

Во Франции первой половины XX в. социологическая школа права развивалась по преимуществу в форме институционализма (влияние Э. Дюркгейма). В стране, где традиционно были сильны социалистические и профсоюзные движения, идея солидарности между различными классами ложилась на благоприятную почву. Поэтому рассматривать государство и право в качестве институтов, функционально связывающих социальные группы в единое целое, становилось типичным социологическим приемом. В современной Франции нельзя выделить какого-то главного социологического направления.

Междисциплинарная природа социологии права весь XX в. стимулировала ее дифференциацию: юристы развивали по преимуществу теоретическую ее разновидность, социологи - прикладную. Во второй половине XX в. данная тенденция только усилилась: юристы и социологи все дальше отдалялись друг от друга. Относительно широкий размах прикладные исследования приобрели в Великобритании и США, чему способствовала прецедентная система права, традиционно имевшая практический уклон. Даже в Германии, давшей классические образцы теоретической социологии, работы, например, Р. Иеринга и Е. Эрлиха были объявлены отдельными специалистами далекими от социологии. Социология права, построенная на эмпиризме (юридическая социология), сделала своим основным предметом конкретно-социологические исследования карьеры судей и других лиц юридических профессий, мотивацию судейского решения, оценку закона общественным мнением и т.д. Здесь приобретала особую роль статистика, анализ документов, интервью, тексты[7] [8]. Вместе с тем, несмотря на всплеск интереса к эмпирическим исследованиям, удельный вес литературы по теоретической социологии преобладает, так как прикладная социология стоит дороже.

Социология права, возникнув как междисциплинарная отрасль знания, так и не смогла приобрести теоретического и методологического единства. Разрыв между теоретической социологией и прикладной, юриспруденцией и социологией, социологией права и криминологией никогда не был преодолен и со временем только увеличивался. Все это ведет к разнобою в понятийном аппарате, создает препятствия для полноценного диалога представителей разных социолого-правовых школ. Да и сами социологи права разных стран Запада слабо между собой связаны, имеют очень приблизительное представление о работах друг друга.

Справедливости ради следует отметить, что такая картина «научного плюрализма»

наблюдается во всех гуманитарных науках. В известном смысле это неизбежно и нормально.

<< | >>
Источник: ЖУКОВ ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. СОЦИОЛОГИЯ ПРАВА В РОССИИ: ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XIX - ПЕРВАЯ ТРЕТЬ XX в. (ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ). Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва - 2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме §2. Становление социологии права:

  1. ОСНОВНЫЕ ЗАДАЧИ НАУКИ СОВЕТСКОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ПРАВА1
  2. 3.2. Роль органов опеки и попечительства, законных представителей, иных субъектов в защите гражданских прав несовершеннолетних пациентов
  3. § 3. Влияние чистого учения о праве на теорию и философию права XX века
  4. ОГЛАВЛЕНИЕ
  5. ВВЕДЕНИЕ
  6. §1. История социологии
  7. §2. Становление социологии права
  8. §3. Социология права в России
  9. §2. Субъективная социология права
  10. §4. Географическая социология права
  11. §5. Психологическая социология права
  12. Общая теория права
  13. Уголовное право
  14. §4. Социология права как теоретико-правовая наука