<<
>>

2.1. Общие права и обязанности несовершеннолетних пациентов

Несовершеннолетние пациенты обладают как общими, так и специальными правами в сфере оказания медицинской помощи, обусловливающие, как нами было показано в предыдущих параграфах работы, помимо возраста, особенности осуществления ими гражданских прав и обязанностей при вступлении в правоотношения в сфере охраны здоровья.

Однако прежде чем перейти к конкретизации гражданских прав и обязанностей несовершеннолетних пациентов различных возрастных групп, необходимо проанализировать общие права и обязанности несовершеннолетних пациентов с учетом содержания теоретико-правовой конструкции «правосубъектность».

Под правосубъектностью в юридической литературе понимается единство правоспособности и дееспособности, позволяющее признавать физическое лицо, а в исследуемых нами правоотношениях ‒ пациента ‒ субъектом права. Данная позиция была сформирована и обоснована еще в советской правовой науке[110]. Этой же позиции придерживалась А.И. Пергамент, которая делала акцент на неравнозначности понятий правосубъектности и правоспособности и поясняла, что правосубъектность раскрывается в двух гражданско-правовых категориях − правоспособность и дееспособность[111].

В современный период юридическое содержание гражданской правосубъектности физических лиц имеет аналогичное наполнение: способность лица иметь и осуществлять, непосредственно или через своих законных представителей, субъективные гражданские права и юридические обязанности, нести ответственность за совершение неправомерных действий.

Правосубъектность пациентов, выступая одной из разновидностей правосубъектности, содержит в себе специальную правоспособность и специальную дееспособность, реализуемые в динамике путем вступления физического лица в медико-правовые отношения и осуществления им прав в сфере охраны здоровья, в том числе имущественных и личных неимущественных прав, а в отдельных случаях, установленных законом, и деликтоспособность.

Как известно, ст. 17 ГК РФ определяет правоспособность как возможность лица потенциально обладать правами и обязанностями, что, в частности, подразумевает возможность наделения лица общими и специальными правами и обязанностями пациента при вступлении его в правовые отношения с медицинскими работниками (учреждениями) или другими субъектами медико-правовых отношений (администрацией медицинского учреждения, страховыми организациями). Правоспособность не является неизменной для всех пациентов. Возникая с момента рождения и прекращаясь с моментом смерти, повторим слова К.Б. Ярошенко[112], она подвергается изменениям и зависит от многих аспектов: возраста, состояния здоровья, пола, физического развития, психического развития, что нами ранее уже отмечалось.

О влиянии здоровья на правоспособность писал известный отечественный теоретик права А.Б. Венгеров. Он отмечал, что здоровье существенно ограничивает субъекта в осуществлении его прав[113].

Дееспособность, в свою очередь, применительно к пациентам представляет собой фактическую способность пациента своими волевыми действиями вступать в определенные правовые отношения, тем самым осуществлять принадлежащие ему права в сфере охраны здоровья.

В Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации[114] (далее ‒ ГПК РФ) не зря были внесены изменения об отнесении дел о принудительной госпитализации лица с психическим заболеванием к категории административных дел.

В соответствии с ч. 3 ст. 5 Закона РФ от 02 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»[115], ограничение прав и свобод лиц, страдающих психическими расстройствами, требует правовых оснований.

С позицией законодателя солидаризируется Ю.Н. Аргунова, писавшая, что «не ограничивает ни правоспособности, ни дееспособности само по себе наличие у лица психического расстройства, нахождение его под диспансерным наблюдением или помещение в психиатрический стационар»[116].

Поэтому важно понимать, какие конкретно права и обязанности образуют содержание гражданской правосубъектности несовершеннолетнего пациента.

В юридической литературе и практике данный аспект проблемы вызывает некоторые критические замечания, с которыми необходимо согласиться. В частности, высказываются мнения о том, что:

− «правовой статус пациента» в отечественном законодательстве не наполнен конкретным юридическим содержанием, а входящие в структуру здравоохранительного законодательства нормативные акты ограничиваются лишь наделением физических лиц определенным перечнем прав[117];

− актуально наполнение категории «пациент» юридическим содержанием[118];

− имеется законодательная неопределенность в правовом положении отдельных групп пациентов, в том числе детей с ограниченными возможностями здоровья, и необходимо регламентировать в Федеральном законе «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» и других законодательных актах Российской Федерации гарантии прав таких детей[119].

Федеральный закон № 323-ФЗ, в частности, в ч. 2 ст. 20, ст. 22, ст. 54) закрепляет в интересах охраны здоровья несовершеннолетних только отдельные их права, например, право на информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и на отказ от него (до 15 лет только при согласии законного представителя), право на информацию о состоянии здоровья в возрасте до 15 лет только через законных представителей, но не содержит их системного перечня. Согласимся с мнением Е.Г. Афанасьевой, считающей, что данное право напрямую связано с дееспособностью[120]. Его осуществление самостоятельно невозможно без способности лица своими действиями нести обязанности.

По нашему мнению, Федеральный закон № 323-ФЗ с задачей наполнения категории «несовершеннолетний пациент» юридическим содержанием фактически не справился, так как права несовершеннолетних пациентов в нем указаны не в полном объеме, а осуществление права на информацию о состоянии его здоровья не поставлено в зависимость от учета всех возрастных особенностей ребенка, включая и ребенка старше 15 лет, что входит в противоречие с ГК РФ.

Не решены в нем в полной мере и вопросы, связанные, например, с правом отказа от врачебной помощи (например, переливания крови) необходимой несовершеннолетним пациентам в связи с религиозными, национальными и иными причинами.

Так, например, в Приволжском районном суде г. Казани Республики Татарстан (далее − РТ) в 2013 году рассматривалось гражданское дело по иску медицинской организации к гражданину К. о разрешении медицинского вмешательства новорожденному без получения согласия родителей[121]. Спор возник ввиду того, что родители новорожденной С. отказались от проведения переливания крови и ее компонентов при оперативном вмешательстве, но не самого оперативного вмешательства, по религиозным убеждениям. Суд решил иск удовлетворить.

Безусловно, все несовершеннолетние пациенты обладают общими правами пациента[122]. Они перечислены в ст. 19 Федерального закона № 323-ФЗ. Отметим, что в правовой литературе предлагаются различные классификации общих прав пациентов (в частности, О.Ю. Александровой[123], О.В. Леонтьевым, И.В. Тимофеевым[124], А.Н. Пищитой[125] и др.).

Однако, учитывая особенности гражданско-правового положения несовершеннолетних пациентов, государство гарантирует им больший объем прав в сфере охраны здоровья. Согласно ч. 1 ст. 54 Федерального закона № 323-ФЗ к ним относятся права на прохождение медицинских осмотров, оказание медицинской помощи в период оздоровления и организованного отдыха, санитарно-гигиеническое просвещение, бесплатные медицинские консультации, получение информации о состоянии здоровья в доступной для них форме.

Специальным правом ребенка в сфере охраны здоровья можно назвать право несовершеннолетних в возрасте старше 15 лет или больных наркоманией несовершеннолетних в возрасте старше 16 лет на информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или на отказ от него (ч. 2 ст. 54 Федерального закона № 323-ФЗ).

Международное законодательство также содержит положения о специальных правах несовершеннолетних в сфере охраны здоровья.

Например, в ст. 24 Конвенции о правах ребенка, одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г., предусмотрено право ребенка на пользование наиболее совершенными услугами системы здравоохранения и средствами лечения болезней и восстановления здоровья.

Однако эти перечисленные права относятся к группе неимущественных прав в сфере охраны здоровья граждан. Их осуществление обеспечивается, в том числе, гражданско-правовыми средствами охраны и защиты, законодательно установленной презумпцией добросовестности и разумности законных представителей несовершеннолетних, в частности, и непосредственно уполномоченными органами власти. Соответственно, у несовершеннолетних пациентов, как и совершеннолетних, есть право на гражданско-правовую защиту своих прав в сфере охраны здоровья посредством «общегражданских методов обеспечения исполнения обязательств»[126], в том числе путем применения судебной защиты в порядке искового производства, компенсации пациенту морального вреда, возмещения имущественного ущерба, причиненного медицинской организацией.

В то же время в структуру гражданско-правового положения несовершеннолетних пациентов входят и имущественные права, а также иные личные неимущественные права. В частности, это:

‒ имущественные права на получение платных медицинских услуг сверх территориальной программы медицинской помощи, гарантированной государством, медицинских услуг в рамках добровольного медицинского страхования (ДМС);

‒ личные неимущественные права, например, право на защиту жизни и здоровья, право на защиту чести и достоинства ребенка при оказании ему медицинской помощи, право на информацию о здоровье, право на получение компенсации морального вреда вследствие оказания ненадлежащей медицинской помощи.

Осуществление этих прав происходит в соответствии с нормами гражданского законодательства Российской Федерации, в том числе на основании заключаемых договоров на оказание платных медицинских услуг, но «не ниже» стандарта медицинской помощи, территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, включающей в себя территориальную программу обязательного медицинского страхования.

Верховный Суд Российской Федерации, рассматривая вопрос о конституционности утратившего в настоящее время законную силу Постановления Правительства Российской Федерации от 13 января 1996 г. № 27 «Об утверждении Правил предоставления платных медицинских услуг населению медицинскими учреждениями»[127], четко обозначил позицию, в соответствии с которой законодательство Российской Федерации не запрещает муниципальным и государственным медицинским организациям, иным учреждениям здравоохранения оказывать платные медицинские услуги (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 июля 2002 г. № КАС 02-373[128]). Оказание ими на возмездной основе медицинских услуг не лишает их правового положения публичных учреждений, как верно отмечает А.А. Останин[129].

В соответствии со ст. 151 ГК РФ нравственные или физические страдания как моральный вред подлежат компенсации в случае каких-либо неправомерных действий, в том числе и в отношении несовершеннолетних пациентов. Моральный вред компенсируется в соответствии с п. 1 ст. 1101 ГК РФ[130] в денежной форме вне зависимости от наличия или отсутствия подлежащего возмещению имущественного вреда.

Практикующие специалисты, например, Ю.Н. Филиппов, О.П. Абаева, А.Ю. Филиппов[131], достаточно часто задаются вопросом, как определить степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, и которые обязан учитывать суд, определяющий размеры компенсации морального вреда с учетом соблюдения требований разумности и справедливости, если этот вред неощутим для постороннего.

Анализ судебной практики показал, что суды часто не устанавливают степень физических и нравственных страданий несовершеннолетних пациентов на основе судебно-психологической экспертизы, ограничиваясь определением на основе фактических обстоятельств дела общего характера причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий, степенью вины причинителя вреда. Так, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 18 декабря 2012 г.[132] решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 11 октября 2012 г. было изменено в части определения суммы компенсации морального вреда с 75 000 рублей до 200 000 рублей. Суд первой инстанции учел и подростковый возраст потерпевшего, и степень тяжести причиненного вреда (удаление органа), и неумышленное причинение вреда пациенту в результате несвоевременного оказания ему медицинской помощи, но не индивидуальные особенности лица мужского пола, который вследствие некроза ткани правового яичка испытывает сильные нравственные страдания.

Понимая, что объективное определение степени нравственных и физических страданий несовершеннолетних пациентов, а значит, соблюдение требований разумности и справедливости при рассмотрении требований о компенсации морального вреда вследствие ненадлежащего оказания или неоказания медицинской помощи пациенту невозможно без проведения судебной медико-психологической экспертизы; ее назначение судом должно осуществляться во всех случаях рассмотрения дел о взыскании компенсации морального вреда пациентам, не достигшим совершеннолетия. Полагаем, что это требует законодательного закрепления.

Нельзя не отметить, что в законодательстве субъектов РФ гражданско-правовое положение несовершеннолетних пациентов тоже находит свое юридическое подтверждение. Так, фактически аналогичные виды прав несовершеннолетних закреплены в законодательстве РТ, в частности, в ст. 15 Закона РТ от 22 декабря 2012 г. № 87-ЗРТ «О регулировании отдельных вопросов в сфере охраны здоровья граждан в Республике Татарстан»[133]. Обращает на себя внимание то, что они полностью дублируют положения Федерального закона № 323-ФЗ и практически не увеличивают гарантии в сфере охраны здоровья для данной категории граждан.

Гражданско-правовое положение несовершеннолетних пациентов подразумевает не только права, но и обязанности пациентов.

Исследование обязанностей несовершеннолетних пациентов, как составной части их гражданско-правового положения, представляет собой малоизученную область современного юридического обеспечения сферы медицинской деятельности. Причинами такой правовой ситуации является ряд факторов, к которым могут быть отнесены следующие:

− общее восприятие пациентов как более уязвимой категории субъектов медико-правовых отношений в системе «медицинский работник-пациент»;

− сама суть оказания медицинской помощи подразумевает, что одни лица (субъекты, получающие медицинскую помощь), в связи с ухудшением состояния здоровья, приобретают право (но не обязанность) на получение медицинской помощи, а другие лица (субъекты, оказывающие медицинскую помощь), в силу своей профессиональной принадлежности, наделяются обязанностью (но не обладают правом по своему желанию) облегчать страдания пациента;

− норма ст. 41 Конституции РФ, свидетельствующая о том, что каждый гражданин имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, не содержит указаний на обязанности пациентов.

Хотя, бесспорно, обязанности есть у всех категорий пациентов, включая и несовершеннолетних.

Несовершеннолетние пациенты, как и все граждане-пациенты, обязаны соблюдать законы Российской Федерации, не нарушать прав других субъектов. В ситуации, когда медицинский работник оказывается ответственным за ход и результат лечебного процесса, контролировать который в полной мере он не имеет возможности в случае противоправных действий ребенка, у последнего есть обязанность не причинять вред здоровью медицинского работника. Так называемый «потребительский экстремизм»[134], который связан с противоправными действиями (бездействием) потребителя-пациента, в настоящее время явление нередкое. И практически единственный способ противостоять ему (во благо самих же пациентов) – это наделять пациента не только правами, но и обязанностями нести ответственность за противодействие законному оказанию медицинской помощи.

Исходя из норм ст. 27 Федерального закона № 323-ФЗ, например, к обязанностям несовершеннолетних пациентов, находящимися на лечении в стационарных условиях медицинской организации, можно отнести обязанности по соблюдению режима лечения и правил поведения пациента.

Непосредственно гражданские обязанности несовершеннолетних пациентов и их законных представителей, которые корреспондируют их правам в сфере охраны здоровья и оказания медицинской помощи, можно, на наш взгляд, классифицировать так:

‒ обязанности, предусмотренные ГК РФ (например, как заказчики платных медицинских услуг они самостоятельно или их законные представители обязаны оплатить фактически оказанные услуги и понесенные медицинской организацией расходы (п. 1 ст. 782 ГК РФ);

– обязанности, предусмотренные Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», в частности, как потребителя медицинской услуги, например, соблюдать требования и ограничения, установленные при получении медицинской услуги, обязанности по ее оплате;

‒ обязанности пациента, предусмотренные Федеральным законом № 323-ФЗ (заботиться о сохранении своего здоровья, а для законных представителей ‒ заботиться о здоровье представляемого (ст. 17), соблюдать режим лечения (п. 3 ст. 27).

Несовершеннолетний пациент, выполняя гражданские обязанности в медико-правовых отношениях, очевидно, приобретает и гражданско-правовое положение потребителя и (или) заказчика платных медицинских услуг, при соблюдении ряда законом установленных условий.

Несовершеннолетний пациент, получая медицинскую помощь, как на бесплатной основе, так и на возмездных началах, является потребителем в складывающихся отношениях, независимо от его возраста и объема дееспособности.

Как потребитель, например, платных медицинских услуг несовершеннолетний пациент имеет все права в соответствии с законодательством о защите прав потребителей. Однако в законодательстве Российской Федерации и правовой литературе позиции о том, можно ли считать несовершеннолетнего пациента, получающего бесплатную медицинскую помощь по договору обязательного медицинского страхования, потребителем четко не обозначена.

В преамбуле к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителем» понятие «потребитель» трактуется широко. Из его анализа можно сделать вывод о том, что потребителем можно считать физическое лицо, которое не только приобретает для себя медицинские услуги, но и еще только намеревается их приобрести. Хотя ничего не говорится о том, как он их приобретает, но из лексического значения слова «приобретение» следует, что приобретает он их возмездно.

Если вновь обратиться к соотношению понятий «медицинская помощь» и «медицинская услуга», то медицинская услуга, входящая, в силу определения понятия «медицинская помощь» в п. 3 ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ, в состав медицинской помощи, может быть предметом договора об оказании медицинской помощи потребителю. Однако нормами данного Закона четко не регламентируется, что такое условие договора об оказании медицинских услуг, как цена, является его существенным условием. Медицинские услуги могут быть платными и бесплатными, но всегда должны быть качественными и надлежаще оказанными.

Исходя из толкования норм главы 39 ГК РФ, при заключении договора возмездного оказания медицинских услуг стоимость таких услуг следует считать обязательным условием договора, соответственно из норм гражданского законодательства следует, что медицинские услуги ‒ возмездны.

Согласно Приказу Минздрава России от 30 декабря 2014 г. № 956н[135] медицинские организации для целей проведения независимых оценок качества оказываемых ими медицинских услуг должны на своих официальных сайтах размещать информацию, в том числе о ценах (тарифах) на медицинские услуги. В то же время отсутствие информации о ценах на медицинские услуги на официальном сайте медицинской организации, а также отличие цен на платные медицинские услуги на сайте медицинской организации и в договоре об оказании платных медицинских услуг не влекут признания этого договора недействительным, хотя и порождают отношения административной ответственности виновных в этом должностных лиц медицинской организации. Получается, что и данным подзаконным актом медицинская услуга считается возмездной.

В Правилах предоставления платных медицинских услуг медицинскими организациями, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 г. № 1006[136], понятие потребителя дается в том же ракурсе ‒ как физическое лицо, уже получающее платные медицинские услуги или еще только намеревающееся ее заказать. Однако опять есть связка «потребитель – платная медицинская услуга».

В правовой литературе концепция о понимании положения потребителя медицинских услуг примерно такая же. Так, Л.М. Долинская, разграничивая права пациентов на информационные, преддоговорные, права потребителей на услуги непосредственно в рамках договора и права, связанные с организацией оказания медицинской помощи, по-видимому, наделяет пациента правами и обязанностями потребителя с момента заключения договора об оказании медицинских услуг[137].

Судебная практика придерживается такой же позиции: потребителем в отношениях возникающих при оказании медицинской помощи является только физическое лицо, заказывающее или намеревающееся заказать платные медицинские услуги. В таких отношениях гражданин всегда признается пациентом, но потребителем только в том случае, если он заказывает или заказал, получил платные медицинские услуги. В подтверждение приведем пример.

При рассмотрении иска Р. к ГАУЗ «Камский детский медицинский центр» о компенсации морального вреда в связи с развитием вследствие неправильно поставленного диагноза врача медицинской организации тяжелого заболевания, его крайне неблагоприятным течением у ее внука и последующей его смертью суд указал, что врачами медицинской организации ненадлежащим образом были исполнены их должностные обязанности по лечению ребенка. Положение ребенка как пациента или как потребителя суд в своем решении не обозначил. Он только пояснил, что при оказании медицинской помощи ребенку имелся существенный дефект в виде занижения степени тяжести заболевания, приведший в итоге к отеку головного мозга ребенка. В связи с необратимым обстоятельством смерти ребенка, нарушением психического благополучия его родственников, нарушением неимущественного права на родственные и семейные связи истицы, причинением нравственных и физических страданий суд посчитал справедливым определить к взысканию компенсации морального вреда в размере 170 тыс. руб.[138]

Со своей стороны полагаем, что любой пациент является и потребителем медицинских услуг, как оказываемых платно, так и бесплатно. Бесплатные медицинские услуги таковыми выступают для физического лица, однако они оплачиваются по системе обязательного медицинского страхования. В этих случаях заключается договор между медицинской организацией и страховой организацией в пользу пациентов. Полагаем, что в таких договорах целесообразно включить положение о приоритете охраны здоровья детей[139], поскольку Федеральным законом № 323-ФЗ в ч. 4 ст. 7 установлен приоритет охраны здоровья детей, для обеспечения которого разрабатывают и реализуют программы, направленные на профилактику, раннее выявление и лечение заболеваний, снижение материнской и младенческой смертности, формирование у детей и их родителей мотивации к здоровому образу жизни, и принимают соответствующие меры по организации обеспечения детей лекарственными препаратами, специализированными продуктами лечебного питания, медицинскими изделиями.

В соответствии со ст. 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», несовершеннолетний пациент как потребитель медицинских услуг имеет право требовать по своему усмотрению или по усмотрению его законных представителей:

‒ выполнения обязательства по оказанию медицинских услуг;

‒ безвозмездного устранения недостатков медицинских услуг;

‒ уменьшения стоимости оказанных медицинских услуг вследствие их ненадлежащего качества;

‒ возмещения расходов в связи ненадлежащим образом оказанными медицинскими услугами;

‒ возмещения убытков, причиненных ненадлежащим образом оказанными медицинскими услугами;

‒ компенсации морального вреда.

В тоже время полагаем, что данные требования не в полной мере отвечают интересам несовершеннолетнего потребителя медицинских услуг. В частности, как можно устранить недостатки оказанной медицинской услуги по лечению ребенка, если он уже получил необратимые последствия своему здоровью. Поэтому полагаем, что положения законодательства о защите прав потребителей в этой части должны быть уточнены с учетом специфики медицинских услуг.

Думается, что обязанности несовершеннолетних пациентов в медико-правовых отношениях в то же время вторичны по отношению к правам пациента, не достигшего совершеннолетия, ввиду возложения полномочий по заботе и сохранению здоровья детей на государство, медицинские организации, законных представителей.

Осуществление прав несовершеннолетних поставлено в зависимость от соблюдения определенных условий и требований, установленных законодательством Российской Федерации. Поэтому несовершеннолетние пациенты, обладая гражданской правоспособностью, но и имея особенности в ее реализации, которые законодательно закреплены как гражданским законодательством РФ, так и законодательством Российской Федерации об охране здоровья граждан, на наш взгляд, наделены специальной правосубъектностью.

Поэтому считаем, что для отображения особенностей гражданской правоспособности несовершеннолетних пациентов, а также других групп пациентов, целесообразно включение в правовой оборот категории «медицинская правосубъектность», под которой следует понимать право и способность физического лица-пациента своими действиями, действиями законных представителей осуществлять права и обязанности в сфере охраны здоровья граждан и оказания медицинской помощи.

Категория «медицинская правосубъектность», будучи частью гражданской правосубъектности, позволяет четко обозначить особенности осуществления прав отдельных категорий граждан в сфере охраны здоровья, в том числе несовершеннолетних. Они, выступая специальными субъектами права, обладают медицинской (специальной) правосубъектностью в силу того, что у них есть законом гарантированные особые (дополнительные) права несовершеннолетнего пациента, в том числе право требовать от медицинских работников, как пишут справедливо И.М. Акулин, Т.И. Акулина и М.А. Ковалевский[140], соблюдения врачебной этики и врачебной тайны.

Перечень указанных особенностей можно дополнить, указав на значительную роль законных представителей в реализации гражданско-правового положения несовершеннолетних пациентов.

При осуществлении прав несовершеннолетних пациентов, составляющих вместе с обязанностями их медицинскую правосубъектность, необходимо учитывать ряд существенных моментов.

Во-первых, права детей в сфере охраны здоровья являются приоритетными для государства (п. 3 ст. 4 Федерального закона № 323-ФЗ).

Органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления в соответствии со своими полномочиями обязаны разрабатывать и реализовывать программы по охране здоровья несовершеннолетних. В числе таких программ можно назвать государственную программу Российской Федерации «Развитие здравоохранения»[141] и государственную программу РТ «Развитие здравоохранения Республика Татарстан до 2020 года»[142].

Принцип приоритета охраны здоровья детей означает, что несовершеннолетние имеют право на первоочередное получение медицинской помощи.

В связи с этим нам представляется перспективным законодательное закрепление в отдельной главе Федерального закона № 323-ФЗ ‒ «Охрана здоровья отдельных категорий граждан» (в которую вошла бы и глава 6 данного Закона «Охрана здоровья матери и ребенка, вопросы семьи и репродуктивного здоровья»), статей, посвященных гражданским правам и обязанностям всех категорий пациентов, включая детей, системно определяющих их медицинскую правосубъектность. В действующей же редакции данный закон не содержит их системного и полного перечня. Ряд прав вообще не указан в этом законе, например, право на страхование рисков, связанных с затратами на оказание медицинской помощи.

Во-вторых, правоспособность несовершеннолетнего пациента, хотя и возникает с момента его рождения, но может при определенных условиях пониматься шире.

Например, в соответствии с ч. 6 ст. 43 Федерального закона от 12 апреля 2010 г. № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств»[143] запрещается проведение клинического исследования лекарственного препарата для медицинского применения с участием женщин в период беременности, за исключением случаев, когда проводится клиническое исследование лекарственного препарата, предназначенного для указанных женщин.

В-третьих, учитывая, что оказание медицинской помощи в силу своей специфики имеет индивидуально направленное назначение и напрямую связано с жизнью и здоровьем человека, осуществление несовершеннолетними своих прав на получение медицинской помощи происходит с согласия родителей и иных законных представителей, за исключением случаев угрозы жизни и здоровью ребенка и необходимости незамедлительного оказания медицинской помощи.

Так, в пользу пациентки с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная детская клиническая больница» были частично взысканы компенсация морального вреда и расходы по оплате экспертизы, поскольку ни пациентке, достигшей к моменту операции 15-летнего возраста, ни ее представителю последствия о прогнозах, рисках, возможных осложнениях не разъяснялись, чем пациентке был причинен моральный вред вследствие нарушения ее прав потребителя. При этом Свердловским областным судом 08 мая 2014 г. было установлено, что судом правильно возложена обязанность на ответчика по возмещению расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы[144].

Здесь нельзя не отметить, что международное законодательство и законодательство европейских стран устанавливают требование о получении согласия самого ребенка при оказании ему медицинской помощи[145]. Уже ранее упомянутая Конвенция о правах ребенка предписывает каждому государству обеспечивать ребенку, способному сформулировать свои собственные взгляды, право свободно выражать их по всем вопросам, затрагивающим ребенка, с учетом его возраста и зрелости. Хельсинская декларация Всемирной медицинской ассоциации 1964 г.[146] гласит, что в дополнение к разрешению родителей должно быть получено согласие ребенка. В Нидерландах, Норвегии, Финляндии, Франции законодательство требует от врачей выяснения воли несовершеннолетних, способных понимать информацию медицинского характера, а также признает за несовершеннолетними, начиная с возраста 12−14 лет право обращаться за медицинской помощью без согласия родителей в тех случаях, когда это бесспорно соответствует их интересам (в случаях беременности, заболевания наркоманией и в некоторых других, когда по вполне понятным причинам дети стремятся скрыть свое состояние от родителей), право с любого возраста быть вовлеченным в процесс принятия решений, связанных с их здоровьем[147].

Очевидно, что такой субъект прав, как несовершеннолетний, хотя и не может самостоятельно в полном объеме осуществлять свои права во всех случаях, но всегда должен иметь возможности в оказании влияния на субъекты, участвующие в осуществлении этих прав. А для этого права и обязанности несовершеннолетнего пациента должны быть законодательно определены, доведены до сведения несовершеннолетнего и реализованы в полном объеме под контролем уполномоченных органов власти.

Важным представляется внесение изменений в Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ, а точнее необходимо изложить ч. 1 ст. 22, следующим образом:

«1. Каждый пациент имеет право получать в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, установленном диагнозе, прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, их последствиях и результатах оказания медицинской помощи».

В этой связи, в отношениях по оказанию медицинской помощи несовершеннолетним вполне целесообразно, чтобы:

– интересы ребенка в медико-правовых отношениях представляли не только его законные представители, но и иные субъекты, которых несовершеннолетний может выбрать по своему усмотрению, если это не нарушает его интересы, не создает угрозы его жизни, здоровью и имеется на это решение (протокол) консилиума врачей (так называемые «добровольные представители»);

– на законодательном уровне был упрощен механизм получения информации несовершеннолетними пациентами о состоянии своего здоровья, выборе врача и смене медицинской организации, другой информации об оказании медицинской помощи путем создания доступных и понятных информационных ресурсов, учитывающих возраст ребенка;

– был разработан и нормативно утвержден дифференцированный перечень видов медицинских услуг, получение которых возможно с достижением определенного возраста.

В вышеуказанный перечень, разумеется, не должны входить сложные медицинские услуги – его следует ограничить простыми услугами разового характера, момент заключения которых должен совпадать с моментом исполнения. Такое разграничение следует включить в Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

Помимо этого, в подходе к учету мнения ребенка по поводу оказания ему отдельных видов медицинских услуг необходимо учитывать опыт зарубежных стран. В частности, в странах Западной Европы, как показывает личная практика, детально разработана система информирования несовершеннолетнего пациента, его законных представителей, соответствующих органов власти и общественных организаций. В связи с этим целесообразно и в России перенять этот опыт, определив и законодательно закрепив понятие «добровольного информированного согласия несовершеннолетнего пациента», способ его фиксации и оформления для разных возрастных групп (общий порядок и формы документов по даче такого согласия в законодательстве Российской Федерации[148] уже установлены), четко определить случаи, когда медицинское вмешательство может быть осуществлено и при отсутствии согласия законных представителей несовершеннолетнего на оказание медицинской помощи. Тем более ‒ несовершеннолетний пациент тоже потребитель и, как пишет С.И. Помазкова, приравнивание гражданско-правового положения любого пациента к потребителю позволяет иначе взглянуть на проблему информированного добровольного согласия пациента на медицинское вмешательство[149].

Руководствуясь ст. 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», исполнитель медицинской услуги обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, включая информацию о порядке оказания медицинских услуг, о враче, который будет оказывать медицинскую услугу, о ее цене и условиях, сроках, порядке ее оказания. Однако, как часто бывает на практике, некачественное оказание медицинской помощи вследствие непредставления пациенту и (или) его законному представителю полной информации об оказываемой медицинской услуге может стать причиной причинения ребенку физических и нравственных страданий, как со стороны медицинского персонала, так и со стороны законных представителей ребенка (например, решение Сызранского городского суда Самарской области от 21 марта 2014 г.[150]).

Необходимо предусмотреть на законодательном уровне упрощение механизмов получения информации несовершеннолетним пациентом о состоянии своего здоровья, выборе врача и смене медицинского учреждения, другой информации о получении медицинской помощи путем создания доступных и понятных информационных ресурсов, учитывающих возраст ребенка.

Подведем основные итоги.

Несовершеннолетние пациенты, как и все другие пациенты, обладают «общими» правами, несут «общие» обязанности пациентов, но при этом для них законодательно установлен особый механизм осуществления их прав в сфере охраны здоровья (в том числе, при непосредственном участии родителей или иных законных представителей в возрасте до 15 лет) и защиты прав пациентов (в том числе в суде путем компенсации морального вреда, причиненного вследствие ненадлежащего оказания или неоказания медицинской помощи, с учетом индивидуальных особенностей пациента-ребенка на основе судебно-психологической экспертизы).

Личные неимущественные права и имущественные права несовершеннолетнего пациента, наряду с их медико-социальными правами и обязанностями, составляют содержание его гражданско-правового положения пациента. При этом субъективные гражданские права несовершеннолетних в сфере охраны здоровья граждан, а не обязанности, ‒ основа этого положения.

Общим для всех групп несовершеннолетних пациентов, независимо от вида (специфики) их гражданско-правового положения, за исключением несовершеннолетних, признанных полностью дееспособными, является то, что при осуществлении прав и обязанностей пациентов предполагаются презумпции добросовестности и разумности законных представителей несовершеннолетних пациентов при принятии ими решения о медицинском вмешательстве или отказе от него.

Представляются необходимыми следующие изменения в законодательстве Российской Федерации:

‒ в ч. 1 ст. 20 Федерального закона № 323-ФЗ требуется уточнение диспозиции нормы путем акцентирования внимания на том, что каждый пациент, с учетом его возраста, соответственно его возможностям может в полной мере вовлекаться в процесс принятия решения по вопросам, связанным с его здоровьем;

‒ следует в ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ закрепить понятие «медицинская правосубъектность», а ее содержание раскрыть в отдельной новой главе данного Закона «Охрана здоровья отдельных категорий граждан», конкретизировав гражданские права и обязанности различных категорий пациентов, включая детей, образующих их медицинскую правосубъетность;

‒ разработать закрытый перечень видов медицинских услуг, получение которых возможно с достижением определенного возраста, и включить его в Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

<< | >>
Источник: Хамитова Гульнара Муллануровна. Гражданско-правовое положение несовершеннолетних пациентов в Российской Федерации Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань-2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме 2.1. Общие права и обязанности несовершеннолетних пациентов:

  1. 3. Права и обязанности химиков-экспертов
  2. Лекция 7. Права и обязанности адвоката. Гарантии адвокатской деятельности.
  3. Договор подряда: элементы, стороны, права и обязанности сторон
  4. ЛИЧНЫЕ И ИМУЩЕСТВЕННЫЕ ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СУПРУГОВ
  5. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ РОДИТЕЛЕЙ И ДЕТЕЙ
  6. 14. Конституционные изменения прав и обязанностей граждан в советский и постсоветский периоды развития отечественной государственности.
  7. 36. Конституция РСФСР 1918г. (форма государства, высшие и местные органы власти и управления, права и обязанности граждан).
  8. 46. Права и обязанности родителей и детей. Усыновление (удочерение) ребенка.
  9. 43. Правовые системы современности. Европейское и общее право.
  10. ОГЛАВЛЕНИЕ
  11. ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО ПОЛОЖЕНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПАЦИЕНТОВ
  12. 1.2. Гражданско-правовое положение несовершеннолетних пациентов: понятие и содержание
  13. 1.3. Дифференциация несовершеннолетних пациентов и особенности их гражданско-правового положения
  14. 2.1. Общие права и обязанности несовершеннолетних пациентов
  15. 2.2. Гражданская правоспособность и дееспособность несовершеннолетних пациентов в возрасте до 14 лет
  16. 2.3. Гражданская правоспособность и дееспособность несовершеннолетних пациентов в возрасте от 14 до 18 лет
  17. ГЛАВА 3. ЗАЩИТА ПРАВ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПАЦИЕНТОВ ПО ГРАЖДАНСКОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  18. 3.1. Гражданско-правовые способы защиты прав несовершеннолетних пациентов
  19. 3.2. Роль органов опеки и попечительства, законных представителей, иных субъектов в защите гражданских прав несовершеннолетних пациентов
  20. § 2. Конституционные основы юридического обеспечения прав и сво- бод пациента в Российской Федерации
- Авторское право России - Аграрное право РФ - Адвокатура РФ - Административное право РФ - Административный процесс России - Арбитражный процесс России - Банковское право России - Вещное право России - Гражданский процесс РФ - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Избирательное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство России - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Корпоративное право РФ - Муниципальное право РФ - Право социального обеспечения России - Правоведение РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Семейное право России - Таможенное право России - Теория государства и права РФ - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право России - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Экологическое право России -